– Вы, с кругозором и силой, всего лишь политики или солдафоны, независимо от звания, – фырчит Повелитель, – а демонов с молодых ногтей учат вас вокруг пальца обводить, планировать, анализировать. Управляющие Культом всё о вас знают, все боевые характеристики, привычки, слабые и сильные места, разбирают проведённые вами операции. Вы все для них – открытые книги, все, кто занимает ключевые посты. Тот же Шарль с его манерой по любому поводу ставить родовой щит и замыкать его на Белую скалу. Это же гордость семьи, он не мог его не использовать. Так же как архивампиры не стали бы брать более плотные кристаллы, отложенные на самые тяжёлые времена, и должны были использовать самые простые, легко заряжающие и столь же легко разрушающиеся, ведь импульсные мины запрещены.
Так у архивампиров есть запасы более плотных кристаллов вроде тех, что в моём браслете?
– Хороший подход, – Линарэн поправляет гогглы. – Судя по эффективности действий Культа, это может быть правдой. Так же этот подход подразумевает хорошую организацию, а в хорошей организации такую информацию о кадрах посторонние не получают.
Повелитель прижимает уши.
– Эзалон, – продолжает Линарэн, – относится к высшим демонам, но он ничего не знает об управляющих Культом и их подготовке в Нараке.
Мы втроём внимательно смотрим на Повелителя. Вздохнув, он склоняет голову и ковыряет когтем каменную плиту.
– У меня там родственник работает. Так что я знаю, как агентов муштруют. – Повелитель вскидывает голову. – Вам такое и не снилось!
– Предположим, это правда, – неохотно произносит Арен. – И ты просто невинная жертва обстоятельств, а не один из агентов. У нас по-прежнему остаются вопросы: на чьей ты стороне и почему? Почему Культ послал в Академию именно тебя? Наверняка там есть другие агенты, не находящиеся в общемировом розыске, а потому свободные в действиях.
– Они знали, что я могу проникнуть в Академию незамеченным, агенты там есть, – кивает Повелитель. – Не знаю, кто, но за мной должны были следить, чтобы в случае провала доделать работу. К счастью, этот мальчишка, Этьен, увязался за мной, и рядом со стражей на него напасть не посмели. Послали меня, чтобы проверить мою верность. Общемировой розыск, знаете ли, не показатель вашей ко мне неприязни, в него можно и по договорённости объявить. А лояльность… Драконов я…
– Не любишь, – перебивает Арен. – Мы это уже слышали. Объясняйся быстрее.
– Я люблю Нарак. И хочу свободы для Нарака, его прежней силы.
