– Тебе передадут информацию о девушках, которых надо нанять.
– Будет исполнено, моя госпожа, – кланяется Тарлон, только в его поклоне не чувствуется страха и почтительности, как в поклонах остальных жителей Старой столицы. Наверное, потому, что Тарлон помнит меня растерянной девчонкой возле доски с информацией, знает, что я не чудище какое-то.
– Спасибо, – улыбаюсь я. – Действительно спасибо, я хочу, чтобы ты о них позаботился.
– Без проблем, – на этот раз Тарлон улыбается мягче и даже чуть подаётся вперёд, но, покосившись на Арена, отступает. – Что-нибудь ещё?
– Вроде нет… Только с рекламой полегче, пожалуйста, меня это смущает.
– Жаль, очень жаль, – вздыхает Тарлон. – Позвольте проводить вас до двери.
Продвигаясь к выходу, я вновь оглядываю приёмную:
– Здесь красиво, стильно.
– Я старался. Каждый наш салон имеет оригинальное, не похожее на другие, убранство.
– Что является поводом посещать салоны в разных городах, – посмеиваюсь я.
– Совершенно верно, в тебе тоже есть предпринимательская жилка.
Звякает колокольчик. Арен выходит первым. На улицу уже вернулся народ, и это радует – не хочется пугать существ одним своим появлением. Они кланяются. Женщины, видимо, более чувствительны, ещё не вернулись. Вдоль канала скользит дирижабль с незнакомыми флагами.
Арен придерживает дверь и подаёт мне руку, отводит подальше от Тарлона. Тот остаётся на крыльце, с улыбкой смотрит на нас. Прохожие распрямляются, приходят в движение. Пятеро даже направляются в нашу сторону.
– Тарлон, – вспоминаю я и чуть не хлопаю себя по лбу. – Так для чего ты хотел встретиться?
– В смысле? – моргает он.
Пятеро прохожих вспыхивают пятью гигантскими огненными шарами. С оглушительным треском меня, Арена и Тарлона сносит в витрину. В ушах звенит, виски ломит, глаза слезятся… и тело огромное, неповоротливое, драконье! Я лежу на спине, как перевёрнутый жук, лапы бессильно хватают воздух.
– Бездна! Бездна! Бездна! – сквозь звон в ушах прорывается скандирование.
Приоткрываю глаза: всё смазывается, трясётся. С неба стекает что-то чёрное, бесформенное, глазастое.
Весь громадный дирижабль стекает в канал и на набережную аморфными вестниками Бездны. От них меня закрывает поднявшийся Арен.
Эмоции скачут от страха до ненависти, ощущения сдваиваются: вроде лежу на спине и вроде стою на четырёх лапах в окружении мужчин с чёрными нарисованными глазами на лбу, а передо мной поднимается громадное аморфное существо с глазами, вытягивает жидкое тело из канала.