Автор
В свете единственного масляного светильника виднелись лишь тени — остальные персонажи скрыты за плотными матерчатыми занавесями палатки. Моя сила постепенно возвращается, и я чувствую каждое дыхание раненых, каждое звукоизвержение извне. Взглянув на мельницы справа от входа, я понимаю, что моё приключение только начинается — как сильфиды ведут войну за тайны этих загадочных механизмов....
Уверяет, что способен управлять ею.
– Поднимись, человеческий старик, – велел Вождь, перейдя на ломаный халифатский. – Чего ты просишь? Зачем преодолел этот путь?
Я скрестила пальцы, надеясь, что красноречие Халмира не оставит его и сейчас.
– Милости прошу, о добрый господин! – простонал старик театрально. – Прошу, спаси мою несчастную седую голову от участи, что страшнее смерти.
– От чего же тебя спасти? – спросил Вождь с недоумением. – Разве может быть для вас, людей, что-то смерти страшнее?"
"– Горе отца, что видит смерть всего своего рода – вот участь страшнее смерти, о милостивейший! Не дали мне Стихии других детей, кроме дочери умершей, а той других отпрысков, кроме внучки.
– Как же я могу помочь тебе с этим, старик?
– Кто же еще поможет, кроме тебя, о милостивый господин, если прямо перед твоими глазами один из твоих орков хочет внучку мою убить? Молю, не позволь свершиться такому несчастью! Все для тебя сделаю!
Поняв, что сейчас мой выход, я кое-как села и откинула волосы с лица, надеясь, что выгляжу не совсем уж уродливо, умоляюще глянула на незнакомого орка.
– Внучку? – удивился Вождь, переводя взгляд с меня на Халмира и, очевидно, пытаясь найти между нами сходство.
– Внучку, дорогой господин. Ксания ее зовут.
Не знаю, насколько реалистичной эта история выглядела для местных, а для меня звучало бредово, но согласовать показания мы с Халмиром не могли из-за невозможности разговаривать, так что приходилось положиться в этом вопросе на него.
Глава 17
– Твоя внучка? – все орки смотрели на меня и на Халмира. – И крылья – это проклятье?!
– Очень сильное проклятье, добрый господин! Страшная эльфийская напасть!..
