От созерцания энергосистемы девушки меня отвлек болезненный стон. Я мгновенно вернулся в реальность. Лицо Мари было перекошено от боли. Вот же я идиот! Забыл, что энергию необходимо куда-то девать, а не снятая окончательно блокировка Ядра не дает ей этого сделать.
— Потерпи! Потерпи, милая, пару минут, сейчас станет гораздо легче.
Никогда раньше я не действовал столь быстро, точно и четко. Во-первых, я, каким-то образом, смог подключиться к энергосистеме девушки и начал откачивать из нее энергию, тут же пропуская ее через свои Источники-преобразователи, только «краем глаза» обратив внимание, что не выплескиваю энергию наружу, а перенаправляю ее к своему Источнику Псиэнергии. Во-вторых, на полном автомате я повторял то, что когда-то видел в исполнии Ольхи. Да, вариант не самый лучший, не самый оптимальный, но у меня просто не было времени на проведение полноценного ритуала. Вытащив из хранилища какую-то небольшую плошку, я простерилизовал ее создав простенькую руну. А затем, очень бережно и аккуратно капнул в плошку несколько капель, сначала из склянки с голубоватой субстанцией, а затем из той, где содержалась розовая. А затем, с моей руки в плошку скользнула искорка голубого цвета и субстанция в плошке начала закипать, при этом от нее волнами начал распространяться многоцветный туман.
Всего несколько секунд потребовалось, чтобы этот туман заполнил всю комнату и добрался до Мари. Остекленевший взгляд, внезапно увеличившиеся верхние клыки и какое-то утробное рычание… в любой другой момент это вызвало бы у меня дикую панику и я бы уже пересекал «мексиканскую границу», но не сегодня, не здесь и не сейчас. Я и сам был точно в таком же состоянии. Где-то на самых задворках мелькнула мысль, что надо бы быть поосторожней, но как она мелькнула, так и пропала. Кресла отлетели в стороны, столик, кажется, отправился прямо в камин, а мы с Мари, словно два ненасытных зверя прыгнули друг к другу, чтобы встретиться в воздухе и тут же рухнуть на пол, уже переплетясь в страстных объятиях и, по-моему, в этот момент переплелись не только наши тела, но и наши энергосистемы, а все мои восемь источников вошли в какой-то резонанс с Источником Мари и… всё. Больше я ничего не помню. Только какие-то куски воспоминаний, словно высвеченные стробоскопом — отрывочные, ломаные и, кажется, никак между собой не связанные.
Как не странно, но очнулся я в гораздо лучшем состоянии, нежели тогда, с Ольхой. Ничего не болело, не тянуло и не ныло, ну не считать же за травмы мелкие синяки, порезы и царапины, да и те исчезают прямо на глазах. Единственное, что меня чуть-чуть напрягло, так это явные и четкие следы укусов на груди, руках и шее, но и они, пусть не так активно и явно, но тоже исчезают.