— Да потому, что когда Стрибор начал употреблять в пищу местных тварей, его Источник уже был мертв, а вся энергосистема оказалась «выгоревшей». Именно накопление чужой энергии в Источнике и меняет тело и мозг! Именно поэтому декан и смог вернуться назад, что местные твари его или не замечали, Источника-то нет, или принимали его за одного из них.
— Откуда ты все это знаешь? — с подозрением спросил Блайд.
— Ну, во-первых, я ВИЖУ эту энергию.
— А, точно, как я сам-то не додумался. — воскликнул вампир.
— А во-вторых, мне это довольно долго вдалбливали в голову. — сказал я, подумав о Войтане, который и на самом деле подробно, буквально по полочкам, разложил мне весь процесс превращения, или мутирования, разумного в Измененного, а животных в монстров.
— Правильно говорят, что твои родители были великими Искателями и очень жаль, что они погибли… исчезли. — поправилась Кира, на что я благоразумно промолчал.
— Надо идти к декану и все это ему рассказать! — вскочил Блайд.
— Нет, не к декану, а к Локису. — и добавил, увидев непонимающий взгляды моих собеседников. — Герцог Влас ла Виз сказал мне, что если возникнут какие-то вопросы или проблемы, то обращаться стоит именно к Локису, а декан Стрибор… он, скажем так, только формальный глава экспедиции, ну и проводник, само-собой. И при этом, ему абсолютно наплевать на результаты экспедиции, он преследует свои цели, чисто меркантильные, да еще и полностью уверен, что он-то в любом случае выберется из Проклятых Земель. Так что, ему и на нас, и на всех остальных, по большому счету, наплевать и забыть. — и почему-то это мое последнее заявление никаких вопросов не вызвало.
— А Стрибор знает о настоящих целях экспедиции? — задала вопрос Кира.
— Нет, он знает то же самое что и все остальные. — ответил я. — А на счет того, что надо сообщить обо все что я сказал, тут вы, конечно, правы. Вот только ненужно, чтобы это исходило от меня, я и так привлекаю слишком много ненужного внимания. Так что, вам и карты в руки. Но, это уже завтра, сегодня уже почти ночь на дворе — пора на боковую.
Проснулся я, что называется, с петухами, рано, в общем, местное Солнце еще даже не взошло, хотя горизонт уже и окрасился в бледно-красный цвет. Но вставать я не спешил, а еще минут сорок занимался самоедством, в какой уже раз размышляя зачем и почему я вляпался в весь этот «блудняк».