Спасибо, Алекс, что не бросили нас в Орновиле, не знаю, что бы мы делали.
— Почему не осталась в лесу? Ты в курсе, куда мы направляемся? Вы с нами или у тебя есть свой план дальнейших действий? — выпалил я разом все интересующие меня вопросы.
— А что мне там делать? — возмутилась она. — С твоей рыжей подругой ругаться? Она обещала меня в жабу превратить! — надулась Фанни — И планов нет, пока едем с вами, вместе веселее, а там видно будет.
— Ага, обхохочешься! — задумался я, что с этими столь неудачно упавшими на хвост попутчиками теперь делать. — Извини, я сильно устал, давай обсудим все завтра с утра на свежую голову. — попросил я, решив в очередной раз отмазаться, да и голова после такой встряски, действительно разболелась и совсем не варила.
— Давай, а то смотрю, что ноги уже не держат тебя, — легко согласилась Фанни и, чмокнув меня в щеку, убежала.
Я, никак не успев ответить ей на проявление внезапной нежности, тоже отправился готовится ко сну.
С первых минут знакомства Фанни остро почувствовала, что не нравится Мадлен. Это был неуловимый сигнал, как предупреждающая желтая лампочка, беззвучно мигающая вдали. Высокомерная эльфийка-амазонка смотрела на прибившуюся к ним аристо с родом, но без племени отчужденно и горделиво. Но какое бы пламя не бушевало в её страстной душе, она не могла отказать Алексу. Поэтому терпела. И даже сохраняла видимость приветливости. Фанни без труда ей подыгрывала. Даже если как следует поскрести и стереть эмаль светскости, делить им было нечего, а нравится всем — дурной тон и глупость, ничем кроме лицемерия не оборачивающаяся. Сначала Фанни думала, что Мадлен попросту ревнует её к Алексу. Но парень всегда держался со свежеиспеченной знакомой подчеркнуто приятельски, да и с самой Мадлен романтики больше не разводил. Стоит признать, что при ней с дамским полом он в целом держался уважительно-дистанционно: мило, но не переходя рамок. По потаенному мнению Фанни, с его данными он мог любую девушку соблазнить без труда. Конечно, кроме нее самое. И то прежде всего потому, что её связывало родовое слово — особый ритуал, еще в раннем детстве накладывающий на девушек-наследниц обязательства не начинать отношения с молодыми людьми без благословения патрона-родителя, который не позволял ей ничего лишнего. Но он-то о нем не знал! А все равно даже и не пытался сблизиться! С одной стороны это задевало, а с другой позволяло ей быть собой. Таких парней у неё на планете называют Ахой Ателинг, принц не по рождению, а по сути.
