— Увижу, кандидат на остановке остался, — блин, вырвите мне язык!
— Давай договоримся сразу. У меня нет никакого желания спорить, ругаться и прочее. Я зол и голоден. Во избежание дальнейшей херни — Рита, так уж сложилось, не посторонний человек в моей жизни. Но это не значит, что я с ней трахаюсь. У нас есть с ней… кое-какие дела. Так понятно?
— Непонятно.
— Ну значит пойми. А вот ты, Света, нарываешься с соседом по остановке. Не стоит вызывать во мне ревность. Это по меньшей мере глупо.
— Завалите его на зачете, Кирилл Александрович?
— Господи, дай ума этому ребенку, — выдыхает Волков, остановившись в пробке. — Заканчивай, Свет. Давай о чем-нибудь хорошем.
— А нет сейчас ничего хорошего. Хорошо было несколько дней назад, а сейчас кто-то не дает и можно не стараться? И с Маргаритой как ее там зажиматься. Так получается? Она-то точно сговорчива, в отличие от меня.
— Свет, — усмехаясь произносит Волков. — Мне, конечно, приятно, что в тебе проснулись чувства присущие нормальным людям, более того, я очень рад, что ты произнесла вслух что-то человеческое, согласно твоему возрасту, но нет, не так получается. Значение секса весьма преувеличено. Конечно, глупо отрицать, что мне этого очень хочется, как и то, что кайф от новизны ощущений никто не отменял, но уверяю тебя, я в состоянии прожить без него месяц, другой. У нас с тобой ничего не изменилось, я продолжу отмечать крестики в календаре.
— Крестики в календаре?
— Конечно, завтра будет тринадцатый от начала провозглашенного тобой месяца. Видишь, я все соблюдаю и держусь. А ты мне в этом, кстати, не помогаешь. Лучше подумай, чем ты меня порадуешь на ужин.
— Зашкварно.
— Что?
— Ты знаешь, что такое зашкварно?
— Ммм… полагаю одно из новомодных слов современной молодежи, что-то типа стремно?
— Я не знаю, вот и решила спросить.
— Ну что могу сказать, ты не знаешь, и я не знаю, но так бывает, Светка, особенно, когда монашка сходится со старпером, — улыбается Волков, трогаясь с места.
— А мне это слово напомнило шкварки, но это точно не мясо, потому что Олег сказал, что встречаться с тобой зашкварно.
— Ааа… Олег сказал. Я тебе уже сегодня говорил не нарываться? — поворачиваясь в мою сторону, вкрадчиво интересуется Волков.
— А я говорила не подходить ко мне на людях и не оказывать никаких знаков внимания. Мне хватило того, что меня бабушка считает шлюхой! А если об этом начнет говорить весь университет, плюс работники всего отделения, а уж добрые люди постараются все донести, и тогда мне точно можно заканчивать жизнь одним из вами описанных путей, Кирилл Александрович. Что там было, таблетки?
— Прекрати нести чушь. Мы взрослые люди, и ты даже уже не моя студентка. Пора наращивать броню, целее будешь. А учитывая выбранную тобой профессию тем более.