Сложно сказать, когда лёд в груди начал таять. В какой-то момент я снова задышала и поняла, что боль отступает. Меня больше не лихорадит, а страх, сковавший тело, становится просто усталостью.
Даже не сразу осознала, что мы больше не держимся за руки и порез на ладони затягивается.
— Спасибо, Даниэла, — поднимаясь с колен, обронила чародейка.
— С Редфритом… с ним всё хорошо? — Прижавшись к стене, я прикрыла глаза, понимая, что в ближайшее время не встану. Попросту сил не хватит.
— Пока нет, но скоро будет. Благодаря тебе я смогла быстро его обнаружить. — Зашуршали юбки, скрипнула дверь. — Пришлю к тебе лекаря и займусь его возвращением. Отдыхай, Даниэла.
Король вернулся в Хельвиву на закате следующего дня. Всё это время я не находила себе места, даже книги забросила и про медитацию забыла. Вроде бы должна была оставаться спокойной, мы ведь с ним ненастоящие муж и жена, и вообще знакомы чуть больше недели, но сердце почему-то сжималось при мысли, что Редфрит мог пострадать.
Странная я. И чувства у меня тоже странные. Совершенно, абсолютно непонятные.
Наверное, всё из-за моего патологического сострадания ко всем и вся. Пусть мы с королём и не добрые друзья, но зла я ему точно не желала и сейчас сильно за него переживала. А неизвестность только повышала градус страха.
Со мной никто не желал говорить и объяснять, что стало с правителем. Мильдгита, мерзавка такая, заперлась у себя в башне и никого не впускала. Мол, занята она. Советники только беспомощно разводили руками, королевский лекарь, мэтр Нокбун, растерянно чесал залысину. Даже Эдара, узнав, что с мужем её миары творится что-то непонятное, вместо того чтобы объяснить мне принцип действия брачной связи, негромко выругалась и, пробормотав:
— Это плохо… очень плохо… Лучше отложим урок до завтра, Даниэла, — прошуршала юбками к выходу.
Вот ведь странная блондинка.
Если бы не феи, наверное, я так и маялась бы в неизвестности. Хвала местным богам, благодаря малышкам хоть что-то прояснилось.
— У вас с его величеством очень крепкая связь, — поделилась мнением Иви, на лицо которой вернулся здоровый румянец, а вот улыбки по-прежнему не хватало.
Все феи выглядели подавленными и искренне переживали за тирана, из-за законов которого и попали в рабство.
Не понимаю я их. И себя тоже не понимаю.
Наверное, мы все здесь немного странные.
— Откуда же ей взяться, если мы с ним ещё даже не занимались… эмм, консуммацией брака. А больше нас с ним ничто не связывает. Ну разве что парочка обрядов.
— Связь бывает разной, — тихо заметила Эмма. — Родственные узы, слияние плоти, сплетение эмоций.
— А бывает, — подхватила Ринна и продолжила за подругу нежно и певуче: — две родственные души находят друг друга.