Чувствуя, что меня саму сейчас начнёт лихорадить: от таких противоречивых эмоций, от мурашек, пробегавших по коже, скользнула под одеяло, закусила губу, почти до боли, и неловко придвинулась к королю.
Первое соприкосновение тел, волнующее, несмелое, и я, зажмурившись, провела рукой по груди мужчины. Холодная, почти ледяная, словно в нём уже не осталось жизни. Замерла, стараясь не дышать, ожидая обещанные ведьмой боль и страдания, но… Но ничего этого не было. А то, что почувствовала, стало для меня полной неожиданностью. Меня вдруг окутало теплом и странным, неуместным сейчас ощущением покоя. Сама не заметила, как расслабилась, и каменное плечо короля, к которому несмело прижималась, стало чуть менее каменным.
Долгие, невыносимо долгие минуты ожидания, и вот дыхание его постепенно выровнялось. Стало тише, спокойнее, и невидимая корка льда, как будто затянувшая его тело, исчезла.
— Надеюсь, подействовало, — прошептала одними губами.
Устроив голову на плече у мужа, прикрыла глаза. Засыпала, чувствуя биение сердца у себя под ладонью, сильное, размеренное. И моё сердце тоже билось уверенно и ровно, а с губ почему-то не сходила улыбка.
Ну вот зачем ко мне прилипла?
Так и уснула, согревая короля, и сама согреваясь с ним рядом. И снилось мне что-то совершенно нереальное. Нереальное, но, к своему стыду должна признать, страшно приятное. Я в объятиях тирана задыхаюсь от жадных поцелуев, от жарких ласк. Дрожу от предвкушения неизведанного под тяжестью крепкого мужского тела и неразборчиво шепчу: «Редфрит». Повторяю его имя, желая большего и как можно скорее.
Открыв глаза, поняла, что сон незаметно стал явью и уже не я обнимаю, а меня обнимают, лаская губами всё то, что в былые (лучшие) времена пряталось под ночной сорочкой. Покрывают поцелуями всю меня, с пылом и жаром, от которого идёт кругом голова.
В общем, зря я сюда пришла!
Они не ждали атаки и даже не предполагали, что накаи выйдут из-за завесы таким большим отрядом. Но случилось то, что случилось, — Дикие мстили. За охоту, за смерть собрата. В мотивах этих тварей Редфрит не сомневался.
В крови юной девушки, ещё почти ребёнка.
Он и сам не понял, как сумел спастись, не сразу ощутил присутствие Мильдгиты. Чары ведьмы закрыли его, словно щитом, в тот самый момент, когда он уже был не способен не то что атаковать — был не в состоянии обороняться. Рухнув на колени, во влажную землю оврага, напитавшуюся кровью и дождями, будто в трансе наблюдал за жестокой резнёй.
Поняв, что к владыке Треалеса им теперь не подобраться, Дикие отступили, исчезли так же внезапно, как и появились. Редфриту и его отряду оставалось считать погибших и уповать, что раненым хватит сил добраться до столицы живыми.