Рефери начинает считать до пяти, давая обоим противникам Мэлиса шанс подняться… но ни один из них этого не делает.
Когда счет заканчивается, толпа взрывается криками и аплодисментами. Сквозь шум я едва различаю голос диктора, объявляющего Мэлиса победителем.
В этом хаосе Мэлис поворачивается и, прихрамывая, уходит с ринга, а Оливия чопорно встает и смотрит на Троя, выглядя довольной и уверенной в себе.
– Полагаю, теперь все улажено? – говорит она, приподнимая изящно выщипанную бровь. – Условия определены. Скоро состоится вечеринка по случаю помолвки, а через неделю – свадьба.
Трой строит кислую мину, глядя на Оливию так пристально, как только осмеливается. Затем пожимает плечами и подходит ближе ко мне. Переведя взгляд с лица бабушки на мое, он искоса смотрит на меня, одной рукой крепко прижимая к себе, а другой проведя по моему боку.
– Ну что ж, – говорит он, и в его глазах вспыхивает мстительный огонь. – Похоже, теперь мне придется удостовериться, что я получу от тебя то, за что плачу, когда ты станешь моей женой.
Он произносит это достаточно громко, чтобы Оливия могла услышать, но слова предназначены мне.
Я содрогаюсь от отвращения и вырываюсь из его объятий, когда его рука начинает скользить по моей заднице. Он фыркает от смеха и выходит из комнаты, оставляя меня наедине с Оливией.
Вместо того, чтобы прокомментировать то, что только что произошло, она снова натягивает шарф на волосы и резко машет рукой.
– Иди за мной, – говорит она, и я повинуюсь.
Мы спускаемся вниз, но вместо того, чтобы вернуться к тому входу, через который вошли, идем по темному коридору. Когда мы доходим до его конца, она открывает дверь, которая ведет в маленькую раздевалку.
Там пусто, за одним исключением – на одной из скамеек сидит Мэлис, потный, весь в синяках и крови. Вблизи синяк на его щеке выглядит намного серьезнее, и я знаю, что на его теле, скорее всего, будет еще больше пятен.
Услышав, как мы входим в комнату, он поднимает голову, и, увидев меня позади Оливии, в его глазах мелькает что-то неопределенное. Не знаю, о чем он сейчас думает, но совершенно очевидно, что Мэлис не был в курсе того, что я тоже буду смотреть на его бой.
Через секунду он отрывает от меня взгляд и смотрит на Оливию.
– Что это, на хрен, было? – рычит он. – В письме не говорилось о нескольких боях.
Оливия пожимает плечами, выглядя невозмутимой.
– Ну, это потому, что так не должно было быть. Это вышло… совершенно внезапно. Но я знала, что ты справишься.
Мэлис фыркает, закатывая глаза.
– Я не в первый раз дерусь, – бормочет он.
– Да, я в курсе. Время, проведенное в тюрьме, хорошо подготовило тебя к такого рода вещам, не так ли? Ты не привык к тому, что тебя превосходят числом, и приходится соображать на ходу.