Автор
Я стою перед зеркалом, окинув себя холодным взглядом. Пять лет назад я была такой юной и наивной, а сейчас уже набрала лишний вес от беспорядочного питья алкоголя и съедения калорийных блюд. Такой сильной и одновременно таковой слабой.
И внезапно вся безвыходность ситуации, в которой я оказалась, наваливается на меня с новой тяжестью. Та иллюзия его неравнодушия, что поддерживала меня все эти дни, лопнула, оставив меня в наедине с жестокой реальностью: я пленница, Кейну нет до меня никакого дела, как впрочем, и брату. Я совсем одна.
Я сбрасываю с колен салфетку и соскакиваю со стула. Кейн продолжает сидеть неподвижно, предупредительно сощурив глаза, но я доведена до такой степени отчаяния, что мне становится плевать на последствия.
— Знаешь, ты был прав.
Зная, что не получу в ответ ни слов извинений, ни сожаления, я разворачиваюсь и бегу к ступенькам. Захлопываю дверь спальни, и содрогаясь в рыданиях, валюсь на кровать. Оплакиваю маму, которой нет рядом, чтобы меня утешить, свою никчемную любовь, которая не желает меня покинуть несмотря ни на что, злюсь на брата, за то, что по его вине я оказалась взаперти с человеком, который причиняет мне столько страданий.
Я лежу так пока за окном не темнеет, и когда, истощенная выплеском эмоций, начинаю проваливаться в сон, раздается скрип открывшейся двери и звук твердых шагов. Кейн останавливается рядом с моей кроватью, и даже в кромешном полумраке я безошибочно угадываю на себе его пристальный взгляд.
— Пришел окончательно меня уничтожить? — шепчу, не сводя застывшего взгляда с его брюк. — Давай. Мне уже наплевать.
— Ты оставила на столе телефон.
ГЛАВА 24
Удивительно, как способна перевернуться мир всего за одну ночь. Еще вчера вещи вокруг меня имели цвет, а еда вкус, а сейчас все кажется серым и пресным, а будущее — безнадежным и мрачным.
— После завтрака отвезете меня на йогу, Прайд? — спрашиваю, ковыряясь в тарелке с панкейками.
