Автор
Я стою перед зеркалом, окинув себя холодным взглядом. Пять лет назад я была такой юной и наивной, а сейчас уже набрала лишний вес от беспорядочного питья алкоголя и съедения калорийных блюд. Такой сильной и одновременно таковой слабой.
Лучший друг сделал меня мальчиком на побегушках.
Даже не сомневаюсь, что Кейн поступил так не для того, чтобы уязвить лучшего друга, а потому что имеет четкие понятия о том, что стоит разделять бизнес с личным. Но сейчас, глядя в искаженное лицо брата, понимаю, что он так не считает. В его глазах Кейн ему должен.
— Он ведь ничем тебе не обязан, Артур. Дружба не подразумевает взаимные услуги, она подразумевает теплое отношение и преданность.
— Ты встаешь на его сторону, — криво усмехается брат. — Ожидаемо.
От того, что брат, очевидно, пытается внушить мне чувство вины во мне начинает бурлить гнев. Неумолимый, звенящий, от которого руки начинают дрожать, а лицо краснеет.
— А почему бы мне не встать на его сторону, Артур? Из-за твоей жажды легкой наживы на меня охотились, как на зайца! Ты хоть понимаешь, что мне пришлось пережить? На секунду можешь представить? Когда в один прекрасный день мне сказали, что мой брат что-то украл, и я должна буду расплачиваться за него? И нет ни единого человека, которому есть до этого дело! Я была совсем одна, а единственный близкий мне человек не только стал источником всех моих бед, но и отвернулся от меня.
Несколько секунд Артур моргает, словно пытается осмыслить услышанное, после чего шмыгает носом и начинает быстро тараторить:"
"— Я просто не мог появится так сразу, сестренка.
— Любой ценой, Артур? Даже ценой предательства друга и моей жизни?
— Я не мог появится. — бормочет брат.
Он поднимает глаза, и я замечаю в них слезы. Его подбородок нервно трясется, когда он делает шаг ко мне.
— Эрика… Поговори с ним… с меня сняли наручники, когда ты вошла… — он задирает рукава своей толстовки, демонстрируя красные следы на запястьях. — значит, он не хотел тебя пугать. На тебе дорогая одежда…Он хочет оставить тебя себе… ему не плевать. Попроси его… Уговори, чтобы отпустил меня. Он тебя послушает.
