Автор
Я стою перед зеркалом, окинув себя холодным взглядом. Пять лет назад я была такой юной и наивной, а сейчас уже набрала лишний вес от беспорядочного питья алкоголя и съедения калорийных блюд. Такой сильной и одновременно таковой слабой.
Вообще, я тщательно слежу за своим маникюром и педикюром, но по высоким стандартам Кейна Колдфилда этого, очевидно, не достаточно.
— Мы закончили, — скромно заключает Ченнинг и, немного отступив назад, оглядывает меня с видом Бога, извлекшим ребро Адама. С неприкрытой гордостью.
— Теперь можешь идти хоть в халате, красавица. Ты всех затмишь.
Когда Ченнинг с помощницами уходят, я поворачиваюсь к зеркалу, чтобы оценить результаты его работы. В отражении на меня смотрит знойная брюнетка, совсем не напоминающая настоящую меня: раскосые глаза, подчеркнутые темными тенями и длинной стрелкой подводки, скулы, рельеф которых оттенен бронзовым сиянием, и глянцевые губы, выглядящие гораздо объемнее, чем обычно.
Звук открывшейся двери заставляет меня вздрогнуть от неожиданности.
— Кажется, у нас был разговор по поводу голодовки и твоих демонстрационных забастовок. — негромко произносит Кейн, пристально изучая глазами мое лицо. — Завтрак, обед и ужин подаются на кухне. Именно там ты будешь есть. Никаких доставок сэндвичей в спальню. Надеюсь, это понятно.
Пытаясь успокоить барабанящее сердце, я вскидываю голову и произношу как можно спокойнее:
— Я не собираюсь голодать.
— И чем плох тот стол? Тем, что ты кончала на нем? — слегка склонив голову вбок, Кейн делает несколько шагов ко мне, от чего я плотнее вжимаюсь в комод. — А если я соберусь поиметь тебя на каждой поверхности в этом доме, что ты сделаешь? Будешь спать на улице?
Я молчу, беззвучно втягивая носом накалившийся между нами воздух. Опасность. Вот как я бы назвала его запах.
