Его глаза тлели, они стали темнее, чем когда-либо.
Он близко наклонился и так медленно прошептал мне на ухо, что у меня побежали мурашки от его дыхания.
– Мне нравится, когда ты в розовом.
Я был почти уверен, что смогу к этому привыкнуть.
Ко всем преимуществам того, что у меня есть девушка, но на самом деле нет отношений.
И теперь, одетая в это облегающее розовое платье, сливающееся с ее кожей, она скользила по моим коленям, ее мягкие груди прижимались к моей груди, а пухлые розовые губки скользили по моим, ее маленький язычок высовывался, чтобы попробовать меня на вкус… Боже. Я был тверд, как чертов прут. Мне было все равно, кто смотрит. Я бы зацеловал ее с головы до ног, слизал бы с нее это гребаное платье, если бы она мне позволила.
К тому времени как мы добрались до следующего клуба и вошли в тускло освещенный VIP-зал, Кэти, держа меня за руку, оглядывалась по сторонам, а я все еще пытался поправить свои джинсы. Мне пришлось перестать пялиться на ее задницу каждый раз, когда девушка шла передо мной.
Пара парней в светящемся баре в углу почти полностью развернулись на своих табуретах, чтобы посмотреть на нее в облегающем платье телесного цвета. Я притянул ее ближе, усиливая хватку. Я не мог допустить, чтобы она расхаживала в этом наряде.
– Мы можем присесть вон там? – спросила она, указывая на незанятое место для влюбленных.
– Ты можешь сесть, где пожелаешь, сокровище, – ответил Джуд. У Джуда была такая манера называть женщин «сокровище», что у них спадали трусики, и я не возражал, что он использовал его в отношении ее. Ему нравилась Кэти. Мне нравилось, что она ему нравилась. Джуд презирал большинство женщин, с которыми я встречался. Он этого не говорил, но я был уверен, что он считал Кэти очаровательной, какой она и была.
Единственное, что он сказал о Кэти или о моих отношениях с ней, было:
– Ты уверен в этом, брат?
Прямо сейчас я был чертовски рад, что убедил ее не путаться ни с кем другим. Последнее, что мне было нужно, – это чтобы Кэти влюбилась в Джуда или кого-то еще из моей команды. Хочу обойтись без этих трудностей.
К черту. Это полная чушь. Правда была в том, что я не хотел делиться этой девушкой.
Я притянул ее к себе, и она улыбнулась мне. Затем я заслонил ее собой и поцеловал долгим и глубоким поцелуем, не сводя глаз с тех ублюдков в баре. Она приподнялась на цыпочки, когда я еще крепче прижал ее к себе. Как только я отстранился, она немного пошатнулась на своих высоких каблуках, но я удержал ее, не давая упасть.
Джуд разговаривал с официанткой. В зале было много низких диванчиков, большинство из которых были заняты, но она провела нас прямо к тому, на который указала Кэти. Он стоял так, что, сидя на нем, ты смотрел бы прямо в окна, выходящие на танцплощадку внизу.