Автор
В стенах больницы царила мертвая тишина, за исключением шелеста бумаги и звука перчаток. Студентки уже не скрывали своей нервозности в отношении нового хирурга, которого называли "порочный доктором". Я старалась закрыться от этих слухов за угощением, но каждое слово нарушало мою душевную тишину....
Поэтому я до сих пор поражаюсь, как девчонки уговорили меня сходить с ними посмотреть, что там за светило прибилось в наши края.
Возле кабинета хирургии уже толпились медсестры с других отделений, они все охали и ахали, галдящей кучкой высказывая слова приветствия пополнению нашего коллектива. Геннадьича на них нет! Такую давку в коридоре устроили!
Я в этом всеобщем дурдоме участвовать не собиралась. Даже присмотрела, в каком уголке постою, пока оголтелая женская толпа не рассосётся по делам. Потом уже и рассмотрю новичка без помех, и, может, даже поздороваюсь.
И я никак не ожидала, что девчонки с нашего отделения потащат меня в общую гущу. Что все начнут толкаться, пихаться, и в итоге меня вытолкнет, как пробку, в самый центр кабинета.
Я так и застыла. Терпеть не могу излишнее внимание к своей персоне, а тут не меньше двадцати пар женских глаз дырку в спине прожигают. Мне кажется, я даже чувствую, как потихоньку тлеет халат в районе лопаток.
Стою, вся в панике, от нервов ничего не вижу, не слышу. Сквозь гул в ушах кое-как различаю шаги, невольно опускаю взгляд. Вижу, как почти вплотную с моими потасканными, но удобными балетками встали здоровенные мужские мокасины, кожаные и явно пипец какие дорогие. Выше мокасин шли ноги, но туда уже смотреть стесняюсь. Боюсь увидеть насмешку в глазах новенького, очень я на насмешки болезненно реагирую.
- Ты откуда такая кнопка взялась? - добродушно произносит с высоты мужской голос, и тут мне на голову опускается чужая ладонь и треплет по макушке, как маленькую.
Голос красивый, немного вальяжный, таким можно сказки на ночь детям рассказывать. Ещё лучше - взрослые сказки их мамочкам. В сексе по телефону обладатель этого голоса точно был бы в лучших работниках месяца. Таким вкрадчивым, прямо бархатным тоном можно убаюкать любого, и совратить на грех даже монашку. Даже на ""ребенка"" обижаться не хочется.
Минутку, что-то не туда мои мысли занесло! Мотаю головой, прогоняя из неё не вовремя полезшие порочные мыслишки.
Ох, всякого ожидала, но не такого!
Глава 2."
"Передо мной стоит настоящий гигант. Высоченный, весь сплошные мускулы, врачебная униформа на нем трещит по швам.
