Автор
Порочный — это мелодичное приключение в парижском пригороде Мезон Лаффит, где жара доводит до предела даже самое терпеливое сердце. Взрывная комната соседки и отчаянная необходимость помочь любимому отцу на лошади создают атмосферу нешуточных приключений, где каждое слово имеет смысл, а каждый шаг — решающий....
Еще вчера казалось, что Филипп и есть корень всех наших бед, а сегодня…
– У Моны случился нервный срыв. Её положили в психиатрическую клинику. И я ума не приложу, что теперь делать…
Глаза друга сузились, а кадык на шее задрожал.
– Куда её положили?.. – спросил он напряженно. Недолго думая, достал из кармана визитку и протянул её собеседнику.
– Частная клиника Жоржа Виконта, – прочитал он озабоченно. – Кажется, охраны там не меньше, чем в Алькатрасе. Гиблое место, скажу я тебе… – Демиан вдруг резко замолчал, опуская руку в карман джинсов.
– Откуда ты знаешь про эту клинику? – поинтересовался я напряженно."
"– Мне самому пару раз приходилось там бывать после усыновления. Но родители довольно быстро поняли, что их методы… хм… – бывший боксер прикрыл лицо тыльной стороной ладони и многозначительно замолчал. Он судорожно выдохнул, после чего низким голосом добавил: – Вильям, в этой клинике довольно агрессивные методы лечения. Мы должны забрать Симону как можно быстрее.
– В подростковом возрасте у неё был нервный срыв, а теперь случился рецидив. По моей вине, – голос предательски дрогнул. Перед глазами вновь встало её осунувшееся бледное лицо, на котором играла слабая улыбка.
– Как человек, который в детском возрасте пережил насилие, а несколько месяцев назад побывал одной ногой в могиле, могу с уверенностью сказать, что человеческий организм способен пережить огромную глыбу страданий.
– Ты прав. И спасибо за помощь с Филиппом. Скинь мне компромат на него. Чуть позже сам свяжусь с уродом. А теперь нам пора спасать мою Белоснежку. Хватит терять время…
* * *Частная психиатрическая клиника Жоржа Виконта находилась в тихом пригороде Парижа и больше напоминала мрачный дворец какой-нибудь черной ведьмы: неприступные стены, высокие глухие ворота и кладбищенская тишина, отдающаяся в ушах ударами пульсирующей крови.
Наконец, проведя более получаса в небольшом бледно-розовом холле перед кабинетом лечащего врача Симоны, дверь скрипнула, и меня пригласили войти.
