Автор
Когда улыбка становится напоминанием о готовящемся ударе, вы окунетесь в мир "Порочного Принца", где Ронан и Тил балансируют между влечением за сердцем и злодейством. Встречайте шаткую веру и тщетные попытки сохранить дружбу в условиях жестокой реальности, описанный с психологической глубиной и атмосферой мрачной ходьбы по холодному камню....
Может, из-за повязки на глазах или того, как хорошо ощущается его кожа на моей."
"Он спускает бретельку платья с плеча, его прикосновение медленное и чувственное. На секунду я задерживаю дыхание, не в силах подавить приятное ощущение, поднимающееся к горлу.
Когда он делает то же самое с другой бретелькой, моя грудь выскальзывает с легким подпрыгиванием. Она тяжёлая, ноющая, и... странная. У меня никогда так сильно не болела грудь, а он еще даже не прикасался к ней.
Это предвкушение.
Болезненное, волнующее предвкушение.
Те же самые пальцы сжимают мою челюсть и приподнимают ее, так что я смотрю вверх — или, во всяком случае, мои глаза с завязанными глазами. То, как легко он обращается со мной, признак опыта. Он, должно быть, делал это тысячу раз ранее. При этой мысли я мгновенно ощущаю себя в безопасности.
Его пальцы скользят по моей шее, останавливаясь на ключице, слегка сжимая ее. Я на секунду перестаю дышать, смыкая бедра вместе.
Боже. Он касается только моей ключицы, а я готова широко раздвинуть ноги для него.
Он обхватывает мою грудь обеими руками, и я поджимаю губы, пытаясь сдержать чужой звук, который пытается вырваться из меня.
Подушечки его больших пальцев пробегают по кончикам, и я вздрагиваю на месте, когда вспышка удовольствия проносится прямо между ног.
Святое. Дерьмо.
Это должно быть так приятно? Он просто касается моих сосков — и все. Просто прикасается к ним. Не крутит, не сжимает, ничего такого.
У меня всегда были чувствительные соски, но это новый уровень.
Он крутит тугие бутоны.
Я даже не знаю, что со мной происходит, но моя спина выгибается, толкая грудь в его опытные руки.
Пощипывая один сосок, он дразнит другой легким прикосновением. Это мягко и в то же время чертовски больно. Никогда не думала, что игра с сосками может стать такой невыносимой или выйти из-под контроля.
Как будто я теряю всякий здравый смысл, и мое тело слушается только помощи этого незнакомца.
Мой живот проваливается, и странная липкость покрывает бедра.
Я... промокла?
Как, черт возьми, это произошло? И что, блин, это за ошеломляющее ощущение, формирующееся внизу живота?
Он снова крутит оба соска, заставляя меня хныкать и извиваться. Он возвращается к нежной ласке только для того, чтобы вновь ущипнуть. Моя киска покалывает, и я испытываю искушение протянуть руку и прикоснуться к этой боли.
В тот момент, когда я это делаю, он прекращает свое служение.
Нет, нет.
