Наконец, в прямой видимости морфа появился человек. Стреляющей палки у него не было. Он шёл широко раскинув руки в стороны, обмотанный тряпками и щедро политый той пахучей жидкостью. Кроме того, на человеке болтались полупустые стеклянные бутылки,в которых бултыхалась жидкость. Бутылки громко звякали, когда ударялись друг о друга.
Кызя чувствовал подвох и нападать не решался. Человек был один, он был не вооружён, и из сектора обстрела своих товарищей он уже вышел. Всё это было неправильно потому, что выпадало из знакомых моделей поведения добычи. Большой морф высунулся из-за колонны и втянул ноздрями воздух. Ничего нового он не почувствовал. Человек тут же стал кричать. Его поведение напоминало ту самую приманку,на которую он чуть не попался недавно. Передняя лапа только недавно затянулась от жестокого пореза металлическим тросом.
Кызя решился. Атака была мгновенной. Человек уже давно находился в зоне его прыжка. Кызя мощно толкнулся и взмыл над блестящим полом. Большой морф снёс человеку голову ещё в полете. Он мягко приземлился на все четыре лапы далеко за спиной обезглавленного тела, которое с грохотом и звоном разбитых бутылок упало на пол. Из рук убитого человека выскочили две железных штуковины и с тарахтением покатились по светлым плиткам пола. Это опять были гранаты!
Морф, уходя отвзрыва, прыгнул второй раз, укрывшись за многочисленными стеллажами продуктового супермаркета, и затаился, ожидая, что будет дальше. Ждать пришлось какие-то мгновения. Бабахнул оглушающий взрыв и следом полыхнуло яркое зарево пламени. Огонь Кызя не любил, он пугал морфа. А на месте, где был убитый человек уже пылал жаркий костёр.
Большой морф кинулся дальше по магазину пока не выскочил с другой стороны от входа в бар, стилизованного под пещеру древнего человека. Ситуация стремительно менялась. Он увидел, как люди выскакивают из своего укрытия и бегут вслед за своим погибшим товарищем. Морф кинулся в их убежище.
Кызя видел спины людей, но один из них обернулся в тот момент, когда выскочил из-за баррикады. Кызя опять вытянулся в стремительном прыжке и придавил его к полу. Проход открыт. Внутри были люди. Конечно открытая ими щель была никак не шире того прохода в укреплении, которое он так и не смог разворотить в подвале, но столы, стулья и прочий хлам – это были не слипшиеся мешки с окаменевшим цементом и гипсом. Большой морф вломился в людское логово.
Он превратился в бешеный смертельный ураган из лап, когтей и зубов. Он рвал свою добычу на части. От поднявшейся стрельбы были только шум и пороховая вонь, но он быстро прекратил попытки людей защитить себя. Три истерзанных трупа остались лежать под куполом, изображавшим потолок пещеры испещрённый наскальными рисунками.