Когда пошивочный, вернее, день снятия мерок и выбора тканей, наконец, прошёл, девушка добралась до своих покоев еле живая. И, присев на диван, чтобы в тишине собраться с мыслями, вспомнила заодно и земных моделей — бедные девочки, как же они выдерживают изо дня в день сплошные примерки, переодевания и дефиле? А она по молодости и глупости немножко им завидовала — вокруг красивые вещи, известные люди, новые впечатления, яркая и насыщенная блеском и событиями жизнь. Нет уж, не надо нам такого блеска!
Громкий стук — не в дверь, а, будто бы сразу отовсюду, заставил выпрямиться и заозираться, пытаясь определить его источник. Но источник тут же сам рассекретился, материализовавшись прямо перед ошеломлённой Валерией.
— Ле Рия, пора подписывать договор, — и император протянул ей розу.
Девушка машинально взяла цветок, опустила нос в его середину и с удовольствием втянула тонкий аромат.
— Спасибо…
Роза оказалась чудо как хороша — каждый лепесток, нежно-розовый у основания, к краю постепенно набирал цвет, заканчиваясь пурпурным. Сочетание получилось необыкновенное, а вместе с приятным запахом, тщательно срезанными на стебле шипами и самим фактом, что тёмный император как-то догадался подарить ей цветок, произвело на девушку ошеломительное впечатление.
Уж чего-чего, а цветов от чертейшества она не ждала."
"— Идёмте, — лера встала, с сожалением поискала, куда положить розу — завянет же, пока они там что-то подписывают! И вспомнила о служанках.
— Мита!
Девушка немедленно появилась, увидела целого императора и опустила очи долу.
Хм, он что, настолько страшен, что при виде чертейшества, все бледнеют и смотрят исключительно в пол?
— Мита, возьми цветок и поставь его в воду, — обратилась она сначала к девушке, а потом подала руку Миру. — Я готова, Ваше чер… мнейшество.
Мир как-то странно взглянул на иномирянку, крепко сжал её пальчики и втянул за собой в портал.
— Это мой кабинет, — соизволил он объяснить назначение комнаты. — Я сейчас зачитаю вам договор.
— Я грамотная, — осторожно напомнила Валерия. — Мы же переписывались!
— Да, через Переговорник, — ответил император. — Не знаю, было ли заметно, но вы не знаете имперского и писали на своём языке. А я не знаю языка вашего мира. Переговорник преобразует написанное так, чтобы собеседник мог прочитать и понять.
— Как это?
— Магия! Не верите? Смотрите, — император поманил Леру к столу и показал на лежащий на нём документ.
Девушка склонилась над страницей — опять вязь, будто крючком собранные петли. Не такая, как у светлых, но похожая! Перевернула лист, покрутила, пытаясь найти знакомые знаки, и вздохнула — нечитаемо.
— Убедились?
— А можно… Ваше темнейшество, можно я ещё попробую? — признавать свою несостоятельность не хотелось.