Спрыгнув прямо в сугроб, зашипела от обжигающих прикосновений замерзшей воды к голым ногам, вытянула следом одеяло, закуталась в него и побрела прямо через снежную целину к расчищенной дорожке. Дошла, выдохнула, и пошла обратно, стараясь не наступать в свои следы.
Чтобы залезть обратно в комнату, ей пришлось попыхтеть, но, наконец, она оказалась внутри. Отряхнув горящие огнём ноги от снега, Лера торопливо закрыла окно и бросилась растирать ступни. Хорошо, что в шкафу хранился запас одежды – после растирания, Валерия натянула толстые штаны и вязаные носки, а потом блаженно замычала, чувствуя, как к ногам возвращается чувствительность. Ну, Мир! Если она из-за него заболеет… Гад! Мама обязательно заметила бы мокрую одежду, поэтому пришлось топтать тропу, иными словами, создавать видимость, что мужчина к окну подходил и уходил – босоногой. Хорошо ещё, что со стороны её окна у соседей глухая стена. Вот бы был номер, если бы кто-то увидел, как она гуляет в одеяле!
Так, взбодрилась она прекрасно, согрелась, парик можно не надевать, мама уже всё увидела. Тянуть дальше некуда, надо идти сдаваться.
Валерия выдохнула, как перед прыжком в воду, и открыла дверь.
Ноги не хотели идти, но к чему оттягивать неизбежное?
- С Рождеством, - Лера постаралась вложить в поздравление больше радости.
- А где? – папа заглянул ей за спину. – Так понимаю, это наш будущий зять?
- А Мир…ославу пришлось срочно уйти. На Ватсапп пришло сообщение, что-то связанное с его работой. Он очень извинялся, но задержаться – никак! – Лера бормотала, чувствуя, как огнём горит лицо, избегая встретиться с отцом взглядом. – Как-нибудь в другой раз, - закончила она еле слышно.
На кухне воцарилась тишина, только что-то шкворчало у мамы на сковородке.
- Так, - снова первым отмер отец. – То, что у твоего Мирослава не очень с воспитанием, мы с матерью уже и сами догадались. Воспитанный человек, которому нечего скрывать, чьи намерения прозрачны и серьёзны, не станет тайком проникать в дом к незнакомым людям и компрометировать их дочь.
- Папа…
- Не перебивай! Да, не старые времена, мы не в Англии девятнадцатого века, но, тем не менее – так не поступают! Это твоя жизнь, твой мужчина, поэтому я только констатирую факт, а как жить с этим – решать тебе, - одёрнул отец. – Но объясни мне, дочь, у этого жутко занятого и стеснительного мужчины есть собственный телепорт?
- Что??!
- Ну не порталом же он от нас смылся? Не таращись, я тоже читаю фэнтези. Иногда. Итак, ночью ты впустила его через дверь, а ушёл он как? Или это розыгрыш, и Мирослав стоит за дверью в твоей комнате и давится от смеха? – папа несколькими большими шагами пересёк коридор и заглянул к Лере. – Никого.
- Через окно, - пробормотала Валерия и покраснела ещё больше.