В ночной Санкт-Эринбурге разворачивается необычная история о человеке, решившем изменить судьбу города. Под звездами и светом прожекторов, главный герой начинает ночную охоту на мгновения жизни, отыскивая моменты, которые можно было бы изменить. Атмосфера здесь яркая и таинственная, будто сама Луна наблюдает за этими переменами в ночном городе....
И чем не повод, чтобы удрать с пижамной вечеринки?
Этим вечером людей в клубе «Додзе» оказалось немного. Никита босиком вышел в центр зала и осмотрелся в поисках старого кицунэ. Словно почувствовав это, из-за ширмы, скрывающей дверь в жилое помещение, появился сенсэй Канто в черном кимоно. Он выглядел таким худым и легким, что казалось, улетит с первым же порывом ветра. Но Никита прекрасно знал, что это впечатление обманчиво. Ему уже приходилось видеть Канто в ярости, и он знал, что в такие моменты лучше не попадаться старику на глаза.
Никита медленно поклонился наставнику, уперев ладони в колени.
— Не иначе, мохнорылая балерина явилась за очередной порцией мудрости, — весело усмехнулся Канто. — Мудрости, которую обычно вбивают в голову сухой бамбуковой палкой.
— Я пропустил пару занятий, — виновато произнес Никита.
— Пару десятков, если быть точнее, — нахмурился кицунэ.
— Ты не обиделся? Меня беспокоит выражение твоего лица.
— Обида подобна фальшивой монете. Пусть нам ее настойчиво предлагают, но брать ее мы не должны.
— Чего? — не понял Никита.
— Ничего. Никаких обид, но наука сегодня будет еще более жесткой, чем обычно. Чтобы восполнить пробелы в твоих знаниях.
— Куда уж более?! — возмутился Никита. — И вообще, я пришел поговорить. Мне просто необходимо с кем-то посоветоваться…
— О, мы поговорим, мохнорылый. Но сначала я должен убедиться, что ты не растерял своих навыков. Ведь ты тот еще остолоп!
Канто едва заметно шевельнул рукой. Из рукава его кимоно что-то вылетело и понеслось прямо в лицо Никите.
— Неплохая реакция, — констатировал сенсэй. — Видимо, ты еще не такой пропащий, как я думал. Итак, настоящий меч или деревянный?
— Деревянный, — с тоской проговорил Никита, вспомнив, как Канто не раз отделывал его бамбуковым мечом. — Настоящим ты меня прикончишь, пожалуй.
— Тебе бы только жаловаться, — заявил старик, отходя к стойке с мечами.
— Гордей выходил на связь?
— Все разговоры потом, — отмахнулся сенсэй.
Он вытянул из стойки длинный бамбуковый меч и бросил Никите. Легостаев поймал его на лету и пару раз взмахнул в воздухе, приноравливаясь. Неясная тень мелькнула неподалеку, и Никита едва успел подставить меч под удар. Треск палок разнесся по всему залу.
Удар, выпад, снова удар и резкий разворот. Полшага назад и снова в атаку. Никита быстро вспоминал навыки ведения боя. А Канто не давал ему ни секунды передышки.
