В ночной Санкт-Эринбурге разворачивается необычная история о человеке, решившем изменить судьбу города. Под звездами и светом прожекторов, главный герой начинает ночную охоту на мгновения жизни, отыскивая моменты, которые можно было бы изменить. Атмосфера здесь яркая и таинственная, будто сама Луна наблюдает за этими переменами в ночном городе....
В кабинет тут же кто-то ворвался, послышалась приглушенная ругань. Легостаев отпустил приятеля, и тот тут же врезался в спинку мягкого кресла.
— Где я? — выдохнул Артем. — Куда вы меня опять втянули, гады?!
— Мы в директорской ложе, — шепнула Катерина. — Она соединена с кабинетом тайным проходом.
Никита увидел перед собой позолоченные перила, за которыми простирался зал. Но нападавшие тоже были не дураки. Дверь директорской ложи затрещала от сильных ударов.
— Лезьте ко мне на спину, — скомандовал Никита.
— Что? — удивилась Катерина.
— Лучше послушаться, — обреченно сказал ей Артем. — А иначе хуже будет.
Никита присел у перил на корточки, Артем и Катерина обняли его за шею, крепко сцепив руки. Юный оборотень взобрался на перила и с легкостью сиганул на соседний балкон.
Артем и Катерина только успели испуганно охнуть. Приземлившись, Никита снял их с себя и тут же прыгнул на следующий балкон.
Дверь в директорской ложе слетела с петель, и в проеме возникло несколько темных фигур. В темноте зала загрохотали выстрелы.
— Он здесь! — донеслось до Никиты. Судя по топоту в коридоре, его преследовало не меньше четырех человек.
Он увел их от Артема и Катерины. Уже хорошо. Теперь бы самому остаться в живых.
Новый выстрел разнес светильник над головой. Бандиты быстро передвигались! Пуля застряла в обшивке стены, и Никита даже издалека понял, что она серебряная.
Никита проворно метнулся за угол и, обнаружив перед собой окно, бросился наружу прямо сквозь стекло. Вылетев из здания, он перекувырнулся в воздухе и с грохотом приземлился на крышу какого-то небольшого сарая. От удара тонкая кровля проломилась, и парень провалился внутрь.
Никита не успел опомниться, как все четверо прыгнули за ним следом.
Никита взревел от ярости и припал к полу, покрываясь черной шерстью. Он метнулся к первому бандиту, врезал ему по коленям, одновременно вздернув его руку с пистолетом к потолку. Грохнул выстрел, нападавший завопил от боли, но крик вдруг перерос в яростное рычание.
Никита опешил.
— Оборотни?! — прошипел он.
