В ночной Санкт-Эринбурге разворачивается необычная история о человеке, решившем изменить судьбу города. Под звездами и светом прожекторов, главный герой начинает ночную охоту на мгновения жизни, отыскивая моменты, которые можно было бы изменить. Атмосфера здесь яркая и таинственная, будто сама Луна наблюдает за этими переменами в ночном городе....
— А можно взять книгу с собой? Я верну, как только прочту.
— Конечно, — великодушно позволил Артем. — Все равно я, кроме комиксов, мало что читаю.
Из подъезда Настя и Никита вышли вместе. Легостаев молчал, обдумывая последние события. Кроме того, он понятия не имел, о чем с ней говорить.
— Тебе не холодно? — спросил Никита, просто чтобы поддержать разговор.
— Нет, — покачала головой Настя. — А ты замерз? У меня в сумке есть свитер, могу одолжить.
— Сомневаюсь, что он на меня налезет.
— Он растянутый. Я люблю просторные вещи.
— Спасибо, не надо. Вообще-то я редко мерзну. Теплокровный.
— Повезло тебе, — улыбнулась Настя.
— А ты… Как поживаешь, вообще? Ты ведь недавно стала Королевой красоты?
— Верно. Я, правда, и сама не знаю, для чего я это сделала.
— Как это?
— Родители вечно заставляют меня участвовать в олимпиадах, соревнованиях, смотрах. Им хочется, чтобы я всегда и везде была лучшей. Мама меня и на этот конкурс красоты почти силком записала, я сама совсем не хотела. Мне не нужна ни корона, ни фото в журналах, ни карьера фотомодели.
— Странно. Многие девчонки были на все готовы, лишь бы заполучить эту корону.
— Ты о Лие? — нахмурилась Настя. — Ужас, даже не вспоминай. Я слышала, что ее закрыли в психушке. Но она сама себя до этого довела. Она тоже всегда и везде хотела быть первой. Но для этого нужно прежде всего работать над собой, а не стремиться устранить с дороги конкурентов.
— Многие этого не понимают, — согласился Никита. — Так странно… Мы столько времени учимся в одной школе, но никогда с тобой толком не разговаривали.
— Как мило! — усмехнулась девушка.
— Я не то хотел сказать! — покраснел от смущения Никита.
— Расслабься. Просто я всегда была занята учебой и гимнастикой. Теперь гимнастику оставила, и у меня появилось много свободного времени. Пришла на работу в школьную газету, записалась в пару кружков. Я и в лагерь с вами поеду.
— Это хорошо, — кивнул Никита. — Веселее будет.
— И ты наконец меня заметил.
— Правда?
— Мы с Ольгой были лучшими подругами, пока она не уехала. А она мне о многом рассказывала.
— И о чем же? — напрягся Никита.
Вряд ли Ольга стала бы посвящать Настю в дела метаморфов и оборотней, но кто знает?
— Сначала она делилась со мной мнением об одном мальчишке, который глаз с нее не сводил в школе. Он думал, что она не видит, как он на нее смотрит, но Ольга все подмечала.
