Автор
В мрачном доме супермаркета Триш скрежетали холодильники и мерцал свет в коридорах. Я ждал мамы, но она была недостаточно матерью — слишком занята работой днем и ночью. Внезапно я увидел седовласого отца Кен Скотт, всегда занятого жизнью и успехом, который стал для меня не просто бабулей, а образцом мужества и силы духа....
– В ее мягком голосе отчетливо слышится поражение, и моя кожа покрывается мурашками, когда она отворачивается от меня.
– Иди ко мне.
Я беру ее за руку и притягиваю к себе настолько близко, насколько она позволяет. Она скрещивает руки на груди, когда я с силой прижимаю ее к себе. Не пытается избавиться от моих объятий, но и не обнимает меня, просто стоит неподвижно, и я не уверен, что самое худшее позади.
– Расскажи мне, что ты чувствуешь. – Мой голос звучит неловко и отрывисто. – О чем ты думаешь?
Она толкает меня в грудь, на этот раз не так сильно, и я ее отпускаю.
Изначально я начал писать для самовыражения и, если честно, потому, что было совсем нечего читать. Я закончил одну книгу и пока не начал другую, а Тесса, на тот момент Тереза Янг, меня заинтриговала. Она начала раздражать меня, сводить с ума, и с каждым днем я думал о ней все больше и больше.
Когда она занимала мои мысли, в голове не оставалось места ни для чего другого.
На ней были туфли без каблука и нелепая юбка до пяток, и, двигаясь, она подметала ею пол. Произнося свое имя в первый раз, она смотрела вниз: «Эм-м… да. Меня зовут Тесса», – и я помню, что подумал, какое странное у нее имя.
Она мучила меня целыми днями, даже когда не разговаривала со мной, – в такие дни особенно.
– Ты вообще меня слушаешь? – Ее голос прорывается сквозь воспоминания, и я вижу, что она снова начинает заводиться.
– Я… – неуверенно отзываюсь я.
– Ты даже не слушал, – обвинительно произносит она, и заслуженно.
– Я не буду рассыпаться в извинениях, но половина того дерьма, что там написано, – плод моего больного воображения.
– «Дело дрянь. – Тесса внимательно изучает страницу, которую держит в руке.
