Автор
В мрачном доме супермаркета Триш скрежетали холодильники и мерцал свет в коридорах. Я ждал мамы, но она была недостаточно матерью — слишком занята работой днем и ночью. Внезапно я увидел седовласого отца Кен Скотт, всегда занятого жизнью и успехом, который стал для меня не просто бабулей, а образцом мужества и силы духа....
Ноги у меня отекли, и Хардин ворчал насчет того, что я слишком много работаю, но понимал, когда стоит остановиться. Я наконец стала неплохо зарабатывать и понемногу приобретала известность. Пробиться в сферу брачных услуг в Нью-Йорке – не самое легкое дело, но мне это все-таки удалось. Благодаря помощи подруги мой бизнес расширялся, а телефон и электронная почта трещали по швам от заказов.
Одна из невест была в панике: ее мать в последний момент решила взять с собой на свадьбу нового мужа, и теперь нужно было менять рассадку гостей.
Входная дверь распахнулась, и Эмери промчалась мимо меня по коридору. Ей уже исполнилось шесть. Ее волосы, еще более светлые, чем у меня, были скручены в растрепанный пучок, – утром перед школой Хардин делал ей прическу, пока я была у доктора.
– Эмери? – позвала я, когда она хлопнула дверью своей комнаты.
То, что Лэндон работает в школе, которую посещают Эдди и Эмери, значительно облегчает мою жизнь, особенно когда приходится так много работать.
– Оставь меня в покое! – закричала она.
Я встала, и мой живот коснулся стойки, когда я двинулась вперед. Хардин вышел из нашей спальни, голый по пояс, в черных джинсах, висящих на бедрах.
– Что это с ней? – спросил он.
Я пожала плечами. Наша маленькая Эмери выглядела такой же милой, как ее мама, но характером пошла в папу. Эта гремучая смесь делала нашу жизнь очень колоритной.
– Я вас слышу! – громко выкрикнула Эмери, и Хардин слегка рассмеялся.
Ей всего шесть, но она уже была настоящим торнадо.
– Я поговорю с ней, – сказал он и, сходив в спальню, вернулся с черной футболкой в руках.
Наблюдая, как он натягивает ее через голову, я вспомнила парня, которого повстречала во время своей первой недели в университете.
Когда он постучался в комнату Эмери, она начала сердиться и жаловаться, но он все равно вошел. Когда дверь закрылась, я подошла и прижалась к ней ухом.
– Что с тобой, малышка? – раскатился по комнате голос Хардина.
Эмери была бойцом, но обожала Хардина, и мне очень нравилось, как они общаются.
Я опустила руку вниз и, погладив живот, обратилась к маленькому мальчику, который был там:
– Ты будешь любить меня больше, чем своего папочку.
У Хардина уже есть Эмери, Оден будет моим. Я часто повторяла это Хардину, на что он только смеялся и говорил, что я слишком слабый соперник для Эмери, поэтому она и любит отца больше.
– Эдди плохо себя ведет, – сердито заявила моя маленькая копия, принадлежащая Хардину.
