Автор
В мрачном доме супермаркета Триш скрежетали холодильники и мерцал свет в коридорах. Я ждал мамы, но она была недостаточно матерью — слишком занята работой днем и ночью. Внезапно я увидел седовласого отца Кен Скотт, всегда занятого жизнью и успехом, который стал для меня не просто бабулей, а образцом мужества и силы духа....
Глаза Хардина закрыты, и я наблюдаю за ним, ожидая, что он заговорит, скажет хоть что-нибудь.
– Ну хорошо, Тесса, водку-то зачем разбивать?! – с сарказмом спрашивает Марк. Он не в том состоянии, чтобы осознать, какой бардак я устроила, и думает только о разлившейся выпивке.
– У меня был отличный учитель по разбиванию бутылок о стены, – отвечаю я и сердито смотрю на Хардина.
– Ты не говорил, что у тебя есть подружка, – подает голос потаскуха, вцепившаяся в него сзади.
Я перевожу взгляд с Марка на эту женщину и обратно.
– Ну и Скотт, притащил чокнутую американскую цыпочку в мою квартиру, а она теперь швыряется бутылками, – изумленно произносит Марк.
– Не смей, – отвечает Хардин, подходя ближе.
Я корчу ему мою самую лучшую рожу. Грудь бурно вздымается и опускается, в голове все перепуталось, но мое лицо застыло маской: ни намека на эмоции. Как и у него.
– Кто эта телка? – спрашивает Марк Хардина, как будто меня здесь нет.
Хардин снова не признает меня.
– Я тебе уже говорил. – Ему не хватает смелости даже поднять глаза, пока он позорит меня перед комнатой, полной народу.
Но с меня довольно.
– Какого черта с тобой творится? – кричу я. – Думаешь, можешь зависать здесь, чтобы забыть о проблемах? – Да, я веду себя как сумасшедшая, но на этот раз мне все равно, что подумают окружающие. Не дав ему возможности ответить, я продолжаю: – Какой же ты эгоист! Думаешь, оттолкнув меня и замкнувшись в себе, сделал для меня что-то хорошее? Черт, да ты ведь знаешь, как все будет! Ты не можешь без меня – тебе просто будет паршиво, как и мне.
– Ты вообще не понимаешь, о чем говоришь, – тихо и угрожающе произносит Хардин.
– Не знаю? – всплескиваю я руками. – На ней твоя чертова футболка!
Я уже ору и указываю на потаскуху, которая спрыгивает со стола и пытается натянуть футболку Хардина пониже, чтобы прикрыть ляжки.
"Все становится предельно ясным. Мои прошлые мысли о любви и о том, что нужно бороться за того, кого любишь, не имеют ничего общего с правдой.
