Автор
В мглах мира таиласкивается история, где воспоминания стирают границы реальности. ТессаЯ вглядывается в знакомые черты бродяги, и переполняет она сожаление и отчаяние. Она была ухоженной, очаровательной Блондинкой Барби - совершенством, родителей которой наверняка считали важными. Каждый шаг Тессы окутывается загадкой, как будто она сама написала свою собственную эпопею вне времени....
Похоже, «После падения» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Ее глаза встречаются с моими; на мгновение она смущается, но потом берет себя в руки и отворачивается.
– Круто, правда? – смеется Райли, поднося виски к губам."
"Да, наверное, Тесса смотрится чертовски сексуально, но это неожиданно приводит меня в бешенство. Первая мысль, которая приходит ко мне на ум: блин, это реально круто, но следом я понимаю, что не должен таращиться на нее, а должен злиться на ее постоянное желание бросить мне вызов. Но я не могу сосредоточиться на этом, когда она так здорово танцует прямо передо мной.
– Ой-ой, – внезапно произносит Райли.
– Что?
Выхожу из транса и обвожу глазами бар. Двое мужиков в конце бара таращатся на Тессу. Пялятся так, что их чертовы глаза вылезли из орбит дальше, чем мой член.
– С меня достаточно!
– Полегче, Отелло! – замечает Райли. – Песня закончится через…
Тут она поднимает руку, и со взмахом ее кисти музыка замолкает.
Глава 49
ТессаХардин протягивает руки, чтобы помочь спуститься, чем сильно меня удивляет. По тому, как он хмурился и дулся во время танца, я думала, что сейчас он начнет орать или того хуже; я уже почти приготовилась, что он стащит меня со стойки, а потом затеет драку со всеми посетителями сразу.
– Видишь, никто и не заметил, что ты хреново танцуешь! – смеется Райли, когда я сажусь на прохладную стойку бара.
– Это было реально здорово! – кричу я, и музыка снова замолкает.
Со смехом спрыгиваю вниз. Хардин поддерживает меня рукой, пока я не встаю достаточно ровно, чтобы сделать шаг назад.
– В следующий раз полезешь ты! – говорю я ему на ухо, и он качает головой.
– Нет, – твердо отвечает Хардин.
– Не будь занудой. – Я протягиваю руку и касаюсь его губ.
Он милый, хоть и обиженно оттопыривает нижнюю губу. Его глаза сверкают, и мой пульс учащается. Я уже чувствую кайф от адреналина, выплеснувшегося во время танца, потому что это то, что я, наверное, раньше никогда бы не сделала. Это было обалденно, но я знаю, что никогда снова этого не повторю.
