Автор
Аня, взволнованная и опустошена, готовится к разводу. Свидетельство о разводе бросается ей на стол — сигнал окончания их четырехлетнего брака. Тем временем Демидов ставит четкие условия: двадцать четыре часа для принятия решения и обязательный отказ от своей фамилии. Вокруг кипят страсть, обманчивая спокойствие и холодность отношений....
Сразу отсек взглядом адвокатов, нотариуса и людей Прохорова. Негромко бросил сквозь зубы:
- Прошу всех подождать здесь.
На самом деле, знать, что поверженный враг лежит здесь, за этой дверью, было отнюдь не радостно. Никакого удовлетворения. Арсений просто хотел взглянуть его первым.
- Я хочу видеть отца!
С нажимом, зло. Марина. Он обернулся, а та, глядя ему в глаза с ненавистью, процедила:
- Наедине.
Он видел, что ее просто распирает, но молча кивнул. И дал знак своим, чтобы освободили палату.
- Отдохните пока, - сказал ей Арсений.
Женщину как ветром сдуло. Следом за ней из палаты вышли два охранника. Теперь там уже не было никого, кроме прикованного к койке Прохорова. Арсений повернулся к Марине, показывая жестом:
- Можешь войти первой.
И тут она отступила на шаг и оскалилась.
- Я не доверяю тебе! – выплюнула зло. – Пусть со мной пойдет он.
И показала на Сомова.
Вот сейчас был важный момент.
Однако никак не показал этого внешне.
- Пусть идет, - проговорил равнодушно.
Открыл дверь и пропустил Марину вперед первой. Сам вошел следом.
Он сделал это специально – оставил ее охранника за спиной. Потому что уже понял, что эти двое задумали.
***
Закрылась дверь.
А дальше как в замедленной съемке.
Перед глазами мелькнуло разом все: смазанное движение сзади, искривленный ненавистью рот Марины, отчаянные в своей беспомощности, полные ужаса глаза Прохорова.
Вот она, подстава, вяло шевельнулась мысль.
Но не для того Демидов выжил в огне на острове, чтобы так бездарно сдохнуть здесь. Один неуловимый бросок, и он уже придавил к полу скрученного в узел Сомова. Дожимал, заставляя бросить оружие.
- Сдохни! - крик Марины, полный отчаянной злости.
Потом она вдруг тигрицей метнулась к койке, на которой лежал ее отец, и отключила аппаратуру жизнеобеспечения. Казалось, этот момент растянулся в целую вечность, на самом деле все произошло в доли секунды. Он только успел вырубить Сомова, как с грохотом открылась дверь.
Это на шум борьбы влетел в палату его начбез.
- Прими! – рявкнул Арсений, сбрасывая на телохранителя Марины Прохоровой.
