Каково это, когда рушится привычный мир? Хреново. Но, может, оно и к лучшему. Он давно уже там не жил, а существовал по инерции.
***"
"Никиту он вытряхнул из постели, но тот и не спал, по всему видно было, что только лег. Сын в глаза ему смотреть не мог и трясся.
- Папа, я не знал, клянусь. Вика показалась мне невменяемой, она куда-то собиралась на ночь глядя, хотела, чтобы я ее отвез и ждал там. А я…
- Мне позвонить не мог?
- Я… — Никита отвернулся и сглотнул. – Мне было страшно, что ты узнаешь.
- Ну? Узнал я, — Дмитрий Ярцев приблизился к нему. – Изменилось что?
А сын стал просто белый, прошептал едва слышно:
- Что ты собираешься делать, отец…
- Не я, — проговорил он. - Делать будешь ты. Отныне – ни одной копейки не получишь. Работать пойдешь. Кем хочешь: чернорабочим, грузчиком, бл***!
Никита некоторое время смотрел на него, потом кивнул:
- Хорошо, отец, я понял.
***
Все. Теперь было все.
Но ему нужно было выдохнуть все это, залеплявшее легкие как смолой. Глотнуть немого радости, чистого воздуха. Это было необходимо.
А на дворе уже утро. Дмитрий остановился возле круглосуточного цветочного магазина, набрал целую охапку самых лучших цветов, сгрузил все это на сидение и поехал к Марине.
И вот тогда.
Спала Марина на удивление хорошо. Хотя обычно на новом месте, не в своей постели, ей не удавалось нормально выспаться. Пока привыкнешь к другой обстановке, пока адаптируешься, а тут как-то легко получилось. Видимо, виной всему стресс.
Или вообще какое-то странное состояние души, которому она не могла дать определения, но проснулась она отдохнувшей. Было рано, Марина решила еще некоторое время поваляться в постели. Из-за тонких занавесок пробивался сероватый утренний свет. Опять снежок, а в постели было тепло, уютно. И неожиданно никуда не надо спешить.
Марина смотрела, как в окне кружатся снежинки, и просто задумалась.
Такая странная штука жизнь. Люди суетятся, строят планы, стремятся к каким-то там целям, что-то им кажется важным, незыблемым… Люди просто тычутся как слепые котята, думая, что они на верном пути. Сейчас она могла бы сказать, что глупости это все. Тот самый путь, что кажется самым правильным, чаще всего ведет в никуда. А жизнь вообще, как темное фэнтези: зло уже победило, с этим надо жить, положительных героев нет, есть одни антигерои.
Ведь если подумать. Она любила Богдана, прожила с ним двадцать лет, родила ему сына, отдавала всю себя им, ведь они семья. Итог – развод, хитрый раздел имущества «чтобы деньги не ушли из семьи». Забавно, но она-то как раз для бывшего мужа и сына семьей не являлась, ее легко из уравнения вычеркнули. Наверное, это смешно - так обмануться, а она еще считала себя неглупой женщиной.
Но это уже прожито и пережито.