Выбор, который нас или уничтожит, или поможет подняться выше небес. Туда, где никто уже не найдет. Мнац последний раз мягко касается моих губ. Открываю глаза, подавляя смущение, и жду, что еще он мне скажет.
– Встретимся на парковке через час. Возьми с собой вещи. Нас не будет пару дней.
– Мы прогуляем пары?
– Только пятницу. Выходные ведь впереди.
Собираю рюкзак под пристальным взглядом Зои. Я еще не видела ее такой тихой, но и у меня нет желания с ней говорить. Голова забита совершенно другими мыслями.
Скажи кто-то в конце лета, что уже через два месяца у меня получится принимать решения по щелчку пальцев, я бы покрутила у виска. Но сейчас уже столько всего случилось, столько произошло. Я дала отпор родственникам, пережила худшую ночь в своей жизни, начала войну с королевой «Волков», разбила нос королю, а потом… поцеловала его. И это было прекрасно. А теперь я сбегаю с ним в неизвестность на все выходные. Это вообще я? Я на такое способна? Самое удивительное, страха нет. Нет, и все тут. Я не пытаюсь предсказать будущее, спрогнозировать исход или проанализировать риски. Хочу рискнуть. Хочу дать себе шанс.
Самое рискованное в жизни – не рисковать вовсе.
Лучше уж яркая вспышка, чем беспросветная тьма. И я выбираю свет. Выбираю огонь.
Не обращаю внимания на проходящих мимо студентов, смотрю в упор на черный джип, что стоит на парковке, и на парня с сигаретой в зубах, облокотившегося на бампер. Он поворачивает голову в мою сторону, и я задерживаю дыхание. Полуулыбка украшает красивые губы, глаза оживленно блестят. Его не портят даже следы нашей схватки, проявившиеся на лице. Останавливаюсь рядом с машиной, сжимая лямки рюкзака.
– Уже пожалела о своем предложении? – с доброй усмешкой спрашивает он.
– Нет, – твердо заявляю я.
– Тогда запрыгивай. – Мнац кивает на пассажирскую дверь, а сам направляется к стороне водителя.
Мотор ревет. Пристегиваю ремень безопасности и искоса смотрю влево:
– Ты так и не скажешь, куда мы едем?
– Уже сказал, – весело отзывается Мнац.
– Ты когда-нибудь выезжала из города?
– Нет. В сознательном возрасте нет.
– Значит, со мной будет впервые?
– С тобой у меня многое впервые.
Так хочется, чтобы между нами всегда была эта легкость. И я постараюсь сохранить это настроение, если, конечно, Мнац не решит показать клыки.
– Ты не представляешь, как эта фраза действует на парней, – качает головой он, уверенно управляя машиной.
– Я бы показал, но за рулем это может быть опасно.
– Какая жалость, – усмехаюсь я.
– Я не всегда буду в роли водителя. Но тебе повезло, ехать нам долго. Успею остыть.
– А что, если я не позволю?
Мнац бросает на меня удивленный взгляд и тяжело вдыхает, вдруг став очень серьезным:
– Алена, я не хочу превращать наше небольшое приключение в очередную тренировку.