Вопреки обыкновению не было даже упоминания о часе и меню ленча.
Из своей спальни появился Марш. Глубокие тени под глазами красноречиво свидетельствовали о бессонной ночи.
- Поспеши, сейчас будем завтракать, - сказал ему Эйрис. До половины восьмого, когда им должны были принести завтрак, оставались считанные минуты.
Второй раз за это утро над дверью мигнула лампочка. Створки раздвинули снаружи, не постучав. В гостиную вошли трое вооруженных охранников.
- Эйрис, - буркнул один без тени почтительности в голосе, - на выход.
Эйрис проглотил гневную реплику. Прекословить манекенам не имело смысла, он сам говорил об этом коллегам. Смерив солдат презрительным взглядом, он неторопливо подошел к вешалке и снял с крючка пиджак. Он решил действовать методами униатов - всеми способами тянуть резину и злить противника. Сочтя, что провозился достаточно, он направился к выходу.
Под конвоем молодых революционеров он дошагал прямиком до лифта, проехал в кабине мимо нескольких неотличимых друг от друга коридоров, прошел через залы совещаний и офисы и наконец очутился в знакомой приемной. Мрачные предчувствия отступили. Этот офис использовался для переговоров, Эйрис уже успел побывать во всех трех его кабинетах.
На сей раз в одном из кабинетов его дожидался военный. За круглым столиком сидел человек с серебристой шевелюрой; металла на воротнике и клапанах его черного мундира хватило бы на пять-шесть высокопоставленных офицеров из тех, с кем Эйрис имел дело раньше. Землянин сдержал усмешку. Обилие побрякушек означало власть и могущество, и это было вовсе не смешно.
- Посол Эйрис? - Судя по едва заметным морщинам на волевом лице, офицер прошел курс омоложения. Внеземелье не испытывало недостатка в подобных средствах... а на Земле можно было раздобыть только суррогаты низкого качества.
Эйрис торжественно пожал протянутую руку.
- Себ Азов, - представился офицер, - из директората. Рад встрече, сэр.
Центральное правительство. Эйрис знал, что директорат состоит из трехсот двенадцати подразделений. Какие же планеты и станции ему подвластны, оставалось только догадываться. Не имел Эйрис представления и о том, по каким признакам подбираются для директората кадры. Вне всяких сомнений. Азов был военным.
- Гражданин Азов, - холодно произнес Эйрис. - Мне очень досадно начинать наше знакомство с заявления протеста. Я отказываюсь вести переговоры до тех пор, пока вы не решите один вопрос.
Азов, успевший сесть, поднял белесые брови.
- Какой вопрос, сэр?
- Я имею в виду унижения, которым вы подвергаете одного из моих сотрудников.
- Какие унижения, сэр?
Эйрис понял: от него ждут, когда он потеряет терпение и сорвется. "Черта с два!" - мысленно произнес он.