»
Граф мерил огромными шагами кабинет.
– Послать за Рибасом!
Христенек торопливо распорядился насчет Рибаса. И продолжал чтение:
– «Долг, честь и ваша слава – все обязывает стать в ряды наших приверженцев. При сем нужным считаю присовокупить, что все попытки против нас безуспешны, ибо мы безопасны и находимся на турецкой Его величества эскадре султана, союзника нашего», – читал Христенек
– Ну это, Ваше сиятельство, она врет" у нас с султаном мир уже решен, и султан сейчас ее к себе не пустит™
Это произнес молодой офицер.
Он как-то неслышно вошел и уже несколько минут незамеченный пребывал в комнате. Поражало его лицо: хищный нос – и добродушная, простоватая, располагающая улыбка.
Это был Иосиф Рибас, испанец, один из интереснейших людей своего времени. Сын кузнеца из Барселоны, он служил в Неаполе, но по каким-то причинам вынужден был оттуда бежать. Был взят Орловым на русскую службу. Осип Михайлович, как теперь именовался Иосиф Рибас, использовался Орловым для самых секретных поручений. Считался одним из хитрейших людей своего времени. Когда Суворов хотел описать хитрость Кутузова, он сказал: «Его даже Рибас не проведет!» Впоследствии стал адмиралом и участвовал в основании Одессы.
– «Время действовать, – продолжал читать письмо Христенек. – Иначе русский народ погибнет. При виде бедствий народа сострадательное сердце наше...»
– Полно читать воровское послание!.. Как подписано?
– «Елизавета Вторая Всероссийская», – прочел Христенек Орлов опять принялся ходить по каюте:
– Мне нужны все сведения об этой женщине.
– Ее видел наш майор... Месяца три назад он был проездом в Венеции, – сказал Рибас
– Как? Значит, о ней давно известно? И мне ничего не сказали? Зачем держу вас на службе?!
– Но я думал... – начал Христенек -Что?!
– Я думал, вы знаете, Ваше сиятельство... столько слухов о ней... И в газетах...
– Слухи, газеты – ваша работа. А у меня – флот!
– Виноваты, Ваше сиятельство.
– Она уже ко мне смеет писать!..
И тут Орлов остановился, будто пораженный внезапной мыслью. Наконец он сказал:
– А коли это не она?! Не она писала?
Христенек уставился на графа.
– Ох, хитрецы, – опять зашагал по каюте граф. – Недаром Монтегю с графом Паниным дружбу водит...
