Окинула взглядом творящееся безобразие вокруг: Расси командовал, часть народа копалась в земли, другая часть увлеченно слушала; Руфран впечатлял, меланхолично поглаживая то бороду, то секиру и размышляя о чем-то своем; Родерик улыбался и прибывал в чрезвычайно приподнятом настроение, сделала вывод, что с моим Хранителем, что-то не так; Огри взирал на мою персону с обожанием в глазах, благо дело, хоть находился на приличном расстоянии; Марик, куда-то умчавшийся, уже мчался обратно с корзинкой, предположительно наполненной лёгкой закуской и напитками его заботливой матушкой для меня. Красотища! Жизнь кипит!
Обрадовала Марика новостью о его назначении моим помощником. У парня глаза загорелись, ярче звёзд на небе и он рассыпался в заверениях о преданности, верности и прочих достоинствах личного характера. После радостно помчался собирать свои вещи с намерением сию же минуту приступить к службе. Даже оплату не обсудили. Да мы ничего с ним не успели обсудить. Ладно, поговорю с Нуаром, тот обладает более деловой хваткой.
Спустя некоторое время, которое я провела в ничего не делание, но для других это выглядело, как глубокая задумчивость о делах герцогства, мы направились обратно в дом старосты.
День клонился к закату, когда было закончено обсуждение всех текущих вопросов и принято немало решений. Спорили порой до хрипоты, до криков, я даже пару раз кулаком по столу шандарахнула в подтверждение своей правоты, чего раннее за собой никогда не замечала. К общей радости, к согласию мы таки пришли. За это время на улице успели выставить столы, накрыть их и ждали только нас. Праздник в честь приезда герцогини Эйшар, то есть меня.
Я же смущалась и чувствовала жуткую неловкость из-за происходящей суеты.
Супруга Расси, Мерика, краснея и бледнея на каждом слове, преподнесла мне в дар местный наряд, который шили лучшие умелицы деревни всю ночь, в знак уважения и признательности. Отказывать было нельзя, да и наряд, состоящий из длинной светлой юбки и белоснежной рубашки, искусно расшитый замысловатым узором, выглядел намного красивее моих унылых платьев. Посмотрела на узор главы рода Эйшар, вьющийся по моему запястью — вышивка была очень похожа. Так что дар был принят с радостью и благодарностью, женщина была растрогана моими словами, а я их поступком. Ну что поделать — женщины такие женщины.
Потом был праздник. Столы стояли почти на всю улицу. Где только набрали столько? Наверное, с каждого дома по столу вынесли, чтобы всем места хватило. Сверху виднелись разномастные скатерти, красивые, разных оттенков, которые придавали действительно праздничный вид. Видать, каждая хозяйка вытащила из закромов самую лучшую, не столько для уважения леди земель, сколько для вызывания зависти у соседки.