Выглянувшее жёлтое солнце отразилось в плёнке воды, и та засверкала вечерними красками горного озера.
Потом началась самая трудная часть работы. Слежавшаяся гора снега, льда и обломков скал была крепче камня. Павлыш с Антипиным попытались выяснить положение засыпанных хижин, пользуясь мелкой и плохо различимой съёмкой разведдиска, — всю гору растапливать и резать было бессмысленно. Для этого требовался ядерный взрыв. Но Антипин рассудил, что лавина, прошедшая совсем рядом с уцелевшей хижиной, сдёрнула остальные дома ближе к морю, у которого язык лавины заканчивался невысоким обрывом. Именно у океана, со стороны лавины, обращённой к долинке, Антипин и начал бурение.
Бур ломался. Он ломался раз шесть за четыре часа, и Павлыш несколько раз предлагал:
— Давай, Иван, положим заряд, взорвём этот край.
Антипин отмалчивался.
Наконец они добрались до бревна. Такого же, как и те, из которых была сложена хижина. Бревно было ободрано льдом.
— Хороший знак, — сказал Павлыш. Он устал, приходилось работать обычной киркой и даже оттаскивать глыбы руками, как в каменном веке.
— Перекусим, — предложил Антипин и полез обратно в ракету. — После обеда работается веселей.
Пока обед грелся, Антипин связался с «Сегежей». Загребин — он уже вышел на вахту — спросил их, как успехи. Павлыш поведал про бревно и про то, что часа два-три они ещё поработали бы. Хоть надежды немного.
— Вот что, Павлыш. Вы уж лучше не спешите. Переночуйте и с утра ещё покопайтесь в этой горе. Ваше присутствие на корабле пока не требуется. Понятно?
— Понятно-то понятно, — ответил Павлыш. — Но если часа через три ничего не появится, отправимся обратно.
— Не спешите, — повторил Загребин. — Было бы неплохо, если бы нашли. Да, если что надо — еду ли, энергию, — пришлю резервный диск. Если людей нужно, тоже пришлю.
— Что-нибудь случилось с Девкали? — спросил Павлыш, почуяв неладное. Резервный диск не должен покидать корабль, за исключением случаев чрезвычайных.
— Ищите, — велел капитан. — Это очень важно.
— Ну, и что скажешь? — спросил Павлыш Антипина.
— Ясное дело, случилось что-то, — решил Антипин. — Сворачивай обед, пошли в тамбур. Где твой шлем?
— Может, мне выйти на связь ещё раз?
— Ага, вот твой шлем. — Больше механик ничего не добавил: он вообще был не очень разговорчив.
В темноте работали при помощи прожекторов «Аиста». Спать не хотелось. Нашли ещё несколько разбитых и растрёпанных брёвен, кастрюлю, расплющенную в лепёшку, какие-то тряпки. Каждая находка была как птица, как плывущий по волнам кокосовый орех или пальмовый лист, указывающие, что берег где-то неподалёку. Но где?
Потом эти знаки исчезли. С час работали, не находя ничего. Громадная полость образовалась в теле лавины.
К утру вернулись в ракету и снова вышли на связь. Загребин не спал.