Суперзвезда Роберт Чейз играет полицейского, который наблюдает за Декстером Морганом. Актер пытается понять методы Декстера вычисления убийц, пока ему приходится скрывать свои тайны. Удача Декстера зависит от того, сможет ли он избежать нежелательных последствий в мире Голливуда.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Последний дубль Декстера»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Суперзвезда Роберт Чейз играет полицейского, который наблюдает за Декстером Морганом. Актер пытается понять методы Декстера вычисления убийц, пока ему приходится скрывать свои тайны. Удача Декстера зависит от того, сможет ли он избежать нежелательных последствий в мире Голливуда.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Джеффри Линдсей Легкое чтение Детективы подборки серии
Суперзвезда Роберт Чейз играет полицейского, который наблюдает за Декстером Морганом. Актер пытается понять методы Декстера вычисления убийц, пока ему приходится скрывать свои тайны. Удача Декстера зависит от того, сможет ли он избежать нежелательных последствий в мире Голливуда.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Только после этого улыбка снова вернулась на ее лицо, и все перевели дух. – Мы обсуждали… как бы это сказать… принципиальные сложности, возникающие у Коди с социализацией.
– А, – отозвался я. Миссис Хорнбергер явно ждала продолжения, так что я сделал попытку ответить более развернуто: – Ну да, конечно.
Миссис Хорнбергер одобрительно кивнула, и вслед за этим мы начали обсуждение. Это оказалось ничуть не менее мучительно, чем я опасался, а уж Коди приходилось стократ хуже. Он понимал хорошо если каждое четвертое слово, и морщился, и сжимал кулаки, и елозил ногами, и уже через пять минут поднял искусство гримасничанья на новую, ранее недосягаемую высоту.
Рита же напряженно ловила каждый звук, срывавшийся с губ миссис Хорнбергер. Время от времени она перебивала учительницу, произнося одно из своих недоговоренных предложений и завершая его вопросительным знаком. Миссис Хорнбергер кивала, будто понимала вопрос, и добавляла очередное клише из своего арсенала, на что Рита хмурила брови еще сильнее.
Я посмотрел на ее сморщившееся от умственного напряжения лицо, и меня вдруг пронзила мысль: какой постаревшей она выглядит. Морщины на ее лбу, казалось, врезались уже навсегда, и в уголках рта тоже поселились тревожные складки. Даже кожа на лице будто выцвела и стала напоминать выжженную солнцем рельефную карту какой-то пустыни. Что, она так переживала за Коди или действительно постарела у меня на глазах, а я и не заметил? А ведь мы с ней ровесники… уж не значит ли это, что и я постарел? Да нет, вроде, глядясь в зеркало, я этого не видел. А может, я просто слеп к собственной внешности, а на деле тоже весь пошел морщинами и пигментными пятнами? Надеюсь, это все-таки не так: мне еще предстоит совершить много дел, а совершать их, будучи похожим на сморщенную изюмину, мне вовсе не улыбается.
Странные вещи приходят на ум, когда тот подвергается усиленным, но лишенным смысла нагрузкам. Не сомневаюсь: мне стоило бы чувствовать больше симпатии к Рите, больше сочувствия к Коди и больше восхищения к замечательным способностям миссис Хорнбергер изрекать прописные общеобразовательные истины. Стоило бы, но я их не испытывал. Я вообще не испытывал ничего, кроме растущего раздражения заумным жаргоном и легкого отвращения к столь внезапному Ритиному старению, а еще небольшую тревогу за то, что и сам могу вдруг сползти в эту возрастную категорию.
К исходу получаса я перестал видеть малейшие проблески contentment, хоть изредка освещавших мою жизнь, и гримасничал, наверное, почти так же, как Коди.
