На ум пришла фраза из какого-то старого фильма:
– Прежде ему придется справиться со мной.
Джекки глядела на меня еще несколько секунд, а потом неожиданно подалась вперед и поцеловала в губы.
– Я вам верю, – сказала она.
Во рту у меня остался вкус ее помады, а в голове – оглушенная пустота. Довольно долго я не мог собраться с мыслями, а когда сумел с грехом пополам склепать хотя бы одну, у меня вышло что-то вроде: – Я… это… выйду, проверю…
Как неуклюжий робот-подросток, я нашарил ручку, открыл дверь и выбрался на тротуар.
Толпа, затаив дыхание, смотрела на машину. Когда из салона показался я, среди людей пронесся вздох разочарования. Обидно, конечно, но их нельзя в этом винить: они ведь еще не видели моего камео. Интересно, заметили ли они, как Джекки меня целует? Я оглянулся на автомобиль и ничего не смог разглядеть в салоне сквозь тонированные стекла. Что ж, тогда понятно: увидь они поцелуй, и толпа наверняка разразилась бы одобрительным воплем.
Я проделал всю дурацкую процедуру по поискам Патрика и, разумеется, не обнаружил его: ни водорослей, ни крабов, ни следов от якорной цепи на газоне – ничего. Поэтому я вернулся к машине и отворил дверь.
– Чисто, – доложил я, и Джекки, протянув мне ладонь, скользнула по дивану к выходу.
– У вас губы в помаде, – вполголоса сообщила она и улыбнулась. Я вытер рот рукавом и подал ей руку, помогая выбраться из машины. Последовала двухсекундная пауза, на протяжении которой мы успели сделать целый шаг по тротуару в направлении входа, а потом кто-то заорал: «Джекки Форрест!» – и тут началось такое, от чего ее действительно стоило бы спасать. Толпа ринулась на нас, гудя, как перекачанный стероидами пчелиный рой. Десятки вспышек ослепили меня, и некоторое время я не видел ничего, кроме пляшущих в глазах багровых пятен. Я поморгал, и зрение вернулось – как раз вовремя, чтобы я успел втянуть голову в плечи, когда из толпы выметнулась и протянулась к нам сотня рук с программками для автографа или просто машущих, как стая обезумевших птиц. Уши заложило от воплей «Джекки! Джекки!», выкрикиваемых со всеми возможными акцентами, начиная с кубинского или гаитянского и заканчивая выговором манхэттенских реднеков.
Джекки блестяще исполнила свою роль, улыбаясь толпе и в то же время игнорируя ее. Она шла, чуть опустив голову и цепляясь за мою руку как за последний клочок травы, удерживающий ее от падения в водопад. Я как мог пытался прикрыть ее своим телом, не прекращая при этом поступательного движения, но защитить ее одновременно со всех сторон не мог и надеялся лишь, что никто не заденет ее рукой слишком уж сильно.