Вот теперь я окончательно проснулся, скатился с дивана и несколько секунд стоял, тупо моргая. А потом схватил «глок» и на цыпочках подошел к двери в спальню Джекки. Перед дверью я задержался, прислушиваясь, и стоило мне приложиться к двери ухом, как та рывком открылась, и я чуть не упал.
За дверью стояла, широко раскрыв глаза, Джекки; одной рукой она держалась за дверную ручку, вторую положила на горло. Всю ее одежду составляла простая бумажная ночная рубашка выше колен, и почему-то на ней она смотрелась круче, чем платье от какого-нибудь голливудского кутюрье. Некоторое время я глазел на нее, пока ее голос не вернул меня в реальный мир.
– Я слышала сирены, – сказала она. – Я подумала… – Она опустила взгляд, увидела пистолет в моей руке и выдохнула: – Ох.
– Я тоже об этом подумал, – сказал я, и Джекки кивнула.
С полминуты мы стояли, прислушиваясь к приближающимся сиренам. Я уже ничуть не сомневался в том, что они направляются сюда, и все равно мы оба затаили дыхание, когда пронзительное завывание стихло где-то прямо под нами, у входа в гостиницу. Я вышел на балкон и, перегнувшись через парапет, посмотрел вниз. Две патрульных машины стояли под произвольными углами к тротуару: так их останавливают, когда полицейским надо быстро выпрыгнуть из машины. Дверцы остались распахнутыми, и огни мигалок отражались в стеклянном фасаде здания. Пока я смотрел, к ним подъехало еще несколько машин – это по вызову дежурных прибыли детективы. Я вернулся в номер, остановился рядом с Джекки, и мы постояли еще несколько секунд, глядя на отблески мигалок – до тех пор пока Джекки наконец не вспомнила, что надо дышать.
– Ох, – пробормотала она. – Ох, черт.
– Угу, – согласился я.
Джекки прерывисто вздохнула и тряхнула головой.
Джекки тряхнула головой, быстрыми шагами подошла к дивану и опустилась, сжав колени и положив руки на подушки по обе стороны от ног. Я подошел и сел рядом с ней. Что говорить в такой ситуации, я не знал. Я вспомнил, что все еще держу в руке «глок», и поставил его обратно на предохранитель.
Мы все еще сидели вот так, когда через пять минут в номере зазвонил телефон. Я снял трубку.
– Кой черт происходит? – рявкнул голос в трубке. Я узнал голос Деборы, только звучал он очень напряженно. – Вы там в порядке?
– Мы нормально, Дебз, – ответил я как мог успокаивающе. – Ты здесь, в гостинице?
Дебора выдохнула – так выдыхает курильщик, выпускающий большой клуб дыма.
– Я внизу, в вестибюле.
– Убита женщина, этажом ниже вас. – Голос у Дебз звучал теперь хрипловато. – Лицо здорово изуродовано, но при ней нашли водительское удостоверение на имя Кэтрин Подровски. Это тебе что-нибудь говорит?
– Подровски? – переспросил я и тут же услышал, как Джекки у меня за спиной охнула.
– Кэти? – прошептала она.