Ведь человек убивает осознанно и готов собственными руками устроить ад на земле, ради лишней монетки или клочка земли. И те, для кого такое поведение становится нормой, не достойны владеть стихийной энергией, так как становятся угрозой обществу, сопоставимой с портальной тварью «S»-класса.
Да, далеко не все сильные одаренные теряют ориентиры и человечность, но те, что переступают определенную черту, подлежат уничтожению, чтобы на их месте появилось нечто новое и мир стал хоть чуточку, но лучше.
Обычно на тех, кто перешел черту, Паладинам указывал Орден. Сейчас же, мне приходилось принимать подобные решения самостоятельно.
— Кажется, это был последний, — пронеслось в голове, когда я остановился перед приоткрытыми двустворчатыми дверями княжеского кабинета.
Центральный особняк Клана Природы, до этого переполненный людьми, сейчас пустовал. Желающих уйти я не трогал и не показывался им на глаза. Умирали только те, кто пытались мне помешать и до последнего были готовы защищать приговоренную мной к смерти тварь в обличье человека.
Я абсолютно беззвучно зашел внутрь кабинета и моему взору открылся нервно застегивающий сумку мужчина. Он тихо матерился на замок, который зажевал пятитысячную купюру и не желал застегиваться.
Рядом с мужчиной располагался раскрытый и полупустой сейф, из-за пазухи торчала смятая папка с документами, а карманы дорогого пиджака выпирали под весом скинутых туда драгоценностей.
Убедившись, что в особняке мы остались одни, я вынырнул из Тьмы и с хлопком прикрыл за собой дверь.
— ПОЧЕМУ ТАК ДОЛГО?! ГДЕ НОСИЛЬЩИКИ?! — в праведном гневе обернулся Князь Природы и его взгляд уперся в меня.
— Куда-то торопитесь, ваше сиятельство? — вежливо спросил я.
— Ты… опять ты… — сглотнул мужчина ком в горле и медленно опустил сумку на пол, — посмел заявиться в личные владения Князя Великого Клана?! Ты хоть представляешь, какие будут последствия?!
— Меня никто не видел, — пожал я плечами, — кроме той пары глупцов, кто попытался защитить вашу никчемную жизнь. Остальные же сбежали еще до моего прихода. Слухи о вашей речи уже разошлись по всей столице.
— Поганые крысы… — выругался Валерий Луговской, начав медленно концентрировать энергию в груди, — но это ничего не меняет! Я все еще Князь! Тебя повесят, щенок!
— А мы им не расскажем, — улыбнулся я и в этот момент вспыхнувшие зеленым сиянием глазенки Князя расширились, а небрежный взмах рукой послал в меня плотный энергетический сгусток.
— Поглоти, — невозмутимо прошептал я.
