И когда я подумал, что пик спора уже прошел и имперцы вот-вот вновь отступят, на улице появился, мать его, танк!
Восьмиколесная бронированная махина с двойной башней и гладким стволом выглядела внушительно.
Гладкие формы, стихийный ответ как от пары высокоранговых одаренных, мультистихийные контуры защиты и сладкий запах витающей в воздухе угрозы.
Внешний вид портил разве что слишком броский бело-золотой раскрас и нанесенный на башню герб Клана Света.
Залпом допив обжигающий кофе, я спешно оделся и выскочил в подъезд.
— Доброе утро, ваше благородие, — встретил меня на улице усатый вояка с позывным Хребет.
Без понятия получил он его за свой длинный рост или способность ломать позвоночники врагов, но именно этот усатик являлся главным в гвардии принцессы. И, если не брать в расчет их тактическую ошибку, выглядел он крепким бойцом и являлся Стражем 3-ей категории.
— Доброе, — приветливо кивнул я, — ее сиятельство спит. Внутри здания ей ничего не угрожает, но как только она выспится и его покинет, защита принцессы полностью перекладывается на вас.
— Конечно, ваше благородие! — оказался куда более покладистым, чем я думал гвардеец, — а вам это… помощь не нужна?
— Не нужна, боец, — усмехнулся я, — спасибо. Лучше за периметром внимательнее следите, в километре на юго-западе сидит паренек, который срисовал ваше построение.
— Кхм, — тут же нахмурился гвардеец и, благодарно кивнув, помчался в указанную сторону, перехватывая винтовку на бегу.
И все же местные слишком много полагаются на огнестрел, — подумал я и повернул за угол, где стояла бело-золотистая бронированная красотка, из-за присутствия которой даже Альберту пришлось напрячься и открыто выйти наружу.
Перепалка на входе в квартал вышла на новый уровень и обстановка накалилась настолько, что Альберт стянул ко входу всех безымянных.
— Зачетная машинка, — кивнул я одному из молодых имперцев внешнего круга оцепления.
Молодой парень в чине младшего сержанта часто захлопал глазами, а потом вдруг вскинул винтовку в руке и заорал:
— А ну, стоять! Руки вверх!
Пожав плечами, я послушно остановился.
Сам парень при этом опасливо сделал шаг назад, но как только на меня обернулись остальные его коллеги, осмелел и нашел заискивающим взглядом своего командира.
Смурного широкого дядьку, который еще несколько секунд назад на повышенных тонах общался с Лексой, а сейчас с довольной харей мчал сквозь толпу имперских полицейских прямо ко мне.