Командой на западе называлась группа одаренных, напрямую подчиненных Рыцарю.
Внутри команда делилась на «Семерки» — отряды по семь человек, каждую из которых возглавлял Оруженосец.
На родине Бертрана уже давно не происходит значимых заварушек, и перечить Герцогу Фон Грэйву никто всерьез не решается, поэтому тот факт, что в соседнюю Империю отправили именно команду Стикса, была шансом для всех ее членов.
Редким шансом отличиться, который никак нельзя было упустить.
Бертран входил в пятерку самых перспективных Оруженосцев герцогства и давно ждал своего шанса отличиться.
И в первый день проникновения в Империю все шло как нельзя лучше.
Из-за напряженной обстановки в столице, началась миграция клановых военных сил по всей Империи. Это увеличило нагрузку на рядовых Стражей Империи.
Порталов стало закрываться меньше. Увеличились нормы. Уменьшилось количество патрулей «на земле».
Появились бреши и уязвимости, давить на которые и было главной задачей всех семи отрядов Стикса.
Грабить транспорт, устраивать диверсии на производствах, срывать поставки, но самое главное — вылавливать уставших от переработок Стражей и убивать их.
Постепенно сокращать боевой потенциал Империи изнутри, чтобы они были вынуждены попросить помощи и впали в зависимость от Стражей запада.
Мочить Имперских ублюдков, которые всегда смотрели свысока на приезжих одаренных, вызывало у Бертрана чувство неописуемого восторга.
Он с детства ненавидел Империю, так как именно их Стражи всегда ставились в пример на западе.
Да, отдельно взятые Западные Рыцари Стихии мало в чем уступали местным Ратникам, но вот общее количество одаренных в Империи всегда было больше в десятки раз.
И в общем, и в процентном соотношении на душу населения.
Целые армии одаренных простолюдинов выглядели просто дикостью для жителей Западного Королевства, ведь у них даже не каждый аристократ был одаренным.
И чем больше Бертран убивал этих возомнивших себя защитниками человечества недоучек, тем теплее становилось у него на душе.
Однако радость Бертрана была недолгой.
Уже на второй день промысла его Семерку направили в какой-то захолустный завод.
