Слим рассмеялся, обошел повозку, приподнял брезент, продемонстрировав штабеля плоских черных ящиков, и предложил:
— Выбирай.
Мерса ткнул пальцем во второй сверху:
— Этот.
— Как скажешь.
Бандит вытащил ящик, положил его на край повозки и откинул крышку. Алхимик едва сдержал крик: золото! Десять килограммовых слитков. Тысяча цехинов! Никогда в жизни Мерсе не доводилось видеть столь огромную сумму, такое богатство. Предложение ИХ проверить слитки алхимик воспринял спокойно: ну, да, проверить слитки, обычное дело. На «Амуше» это было всего лишь слово: слитки. А вот их вид Мерсу ошеломил.
— Заснул?
— Он изучает внешний вид, — поспешил объяснить Бабарский, незаметно наступая алхимику на ногу. — Мой парень — настоящий эксперт.
— Оно и видно.
Пришедший в себя Мерса натянул гоглы, в которых уже стояли линзы Вристера, достал из поясной сумки пузырек с шанским реактивом, вытряхнул несколько капель на оборотную сторону выбранного наугад слитка и аккуратно размазал реактив по поверхности. Через положенные четыре секунды на слитке появилась надпись: «Заграта. Генрих II».
— Ну? — требовательно поинтересовался Слим.
Для него и остальных наблюдателей поверхность слитка лишь слегка покраснела.
— Всё в порядке.
— В таком случае…
— Я еще не закончил.
Золото металл мягкий, но, тем не менее — металл, и сверлить его ручной дрелью удовольствие невеликое. Однако ИХ сказал — надо, и Мерсе пришлось постараться. Алхимик проделал отверстие до середины слитка, поменял в гоглах линзы, после чего капнул внутрь желтого кусаку. Из отверстия полезла синяя пена, которая показалась окружающим белой.
— Двадцатичетырехкаратное золото.
— Очень хорошо.
Слим захлопнул крышку ящика и жестко приказал:
— Теперь покажи бумаги.
— Теперь покажу.
Бабарский оглушительно свистнул, и в переулок вошел высокий мужчина в широкополой шляпе и длинном, до самых пят, плаще. На его плече висела большая сумка.
— Это еще кто? — недовольно поинтересовался Слим.
Его бандиты положили руки на оружие.
— Это мой посыльный, — хихикнул ИХ. — От слова «посылка».
Мужчина остановился в пяти шагах от повозки и вежливо приподнял шляпу. И Мерса вздрогнул: огромные зеленые глаза окружены точечками красных язв, рот слишком широк, еще бы чуть-чуть, и он протянулся бы от уха до уха, тончайшие, почти незаметные губы неспособны прикрыть крупные желтые зубы. Кожа землистая, на шее — струпья…
Спорки!
— Какого муля ты связался с нечистыми? — прошипел Слим.
— Потому что я им доверяю, — объяснил Бабарский. — А в чем дело?
Мужчина медленно, не сделав ни одного угрожающего движения, расстегнул сумку и показал лежащий в ней планшет.
Слим покраснел. Его бандиты глухо заворчали.