Матёрый опер из 90-х волшебно переносится в современность, оказавшись в теле молодого лейтенанта полиции. Коллеги не воспринимают его всерьёз, но он знает старую уличную школу работы. Теперь ему предстоит адаптироваться к новому времени и доказать, что жёсткие методы и опыт улицы актуальны...
Раздел Chitat.online для книги «Последний Герой. Том 1» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Матёрый опер из 90-х волшебно переносится в современность, оказавшись в теле молодого лейтенанта полиции. Коллеги не воспринимают его всерьёз, но он знает старую уличную школу работы. Теперь ему предстоит адаптироваться к новому времени и доказать, что жёсткие методы и опыт улицы актуальны...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Матёрый опер из 90-х волшебно переносится в современность, оказавшись в теле молодого лейтенанта полиции. Коллеги не воспринимают его всерьёз, но он знает старую уличную школу работы. Теперь ему предстоит адаптироваться к новому времени и доказать, что жёсткие методы и опыт улицы актуальны...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Последний Герой. Том 1» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Да он совсем охренел, — подтявкивал кадровик сбоку.
А я задумался.
Вон какая делегация. С чего такая суета из-за какой-то кофеварки? Что вы там скрыть пытаетесь, ребята?.. Не, неспроста это.
— Лучше скажите, товарищи начальники, — спокойно произнёс я. — В чём, собственно, собака зарыта? Что за бодяга с этой вашей кофемашиной?
Вот этого они явно не ожидали. Видать, мой предшественник был чем-то вроде офисной тумбочки — безмолвной и удобной. Не вякал, короче. А тут!
Ответом стали тирады. Угрозы. Нравоучения. В общем, классика. Когда нечего сказать — начинают пугать.
Не переубедили. Хотя я и не борзел слишком, так, отбрехивался по-тихому — понимал, работать с этими дурогонами, возможно, придётся, если решу всё же в полиции задержаться. Не угасала мысль, что гражданскому никто не даст добраться до Валькова, а у мента много чего есть — доступ, картотеки, полномочия.
— Вот! — не выдержал полкан, вскочил, подошёл к окну, распахнул. — Смотри, Яровой. Что видишь?
Я поднялся, надел тапочки, глянул наружу. За территорией больницы торчал здоровенный рекламный щит. Агитация. Голосуй, поддержи, выбери…
А на щите — довольный Валет. Вот ты где, сука. Морду свою по всему городу развесил. Гнида. Я аж зубами скрипнул.
— Рожу бандитскую вижу, — выдохнул я.
За спиной ахнули — прямо удар сейчас кого-то хватит."
"— Какая рожа? Это Герман Сильвестрович, меценат, между прочим. Кандидат в мэры, — раздраженно проговорил начальник.
— А раньше он кем был? В девяностые? — прищурился я.
Но тот сделал вид, что не расслышал.
— Он, между прочим, этот аппарат нам и подарил. Спонсорская помощь. А теперь представь, что будет, если информация просочится. Ушлая пресса и хейтеры сразу раструбят — мол, кандидат людям фуфло суёт, сотрудников полиции кофеваркой калечит. Случайность эту раздуют — такой хайп будет! Ты же понимаешь, это удар по репутации уважаемого человека…
Хейтеры… хайп… На каком языке они говорят?
— Так вы, значит, за мецената печётесь? — хмыкнул я. — Пусть тогда прессе отстегнёт, у него бабла вагон, всегда много было. Хотя, слушайте… Не жидковато ли — на целый отдел одну кофеварку? Меценат ещё, тьфу.
Нет. Тут что-то нечисто. Определённо. Меня ведь не просто так в пустую палату сунули, никого не подселили. Чтоб обрабатывать было проще.
Вопрос — зачем?
Вот в чём петрушка.
Так и не договорились. Начальнички перешли на маты, что-то там вякнули про дисциплину и последствия. А я завалился на койку, отвернулся к стене — мол, тихий час, режим. Больной на отдыхе.
После этого свалили они быстро, дверь хлопнула — и тишина.
Я сел на кровати, выждал пару минут. А после пошлёпал по коридору, нашёл ординаторскую, ввалился.
— Выписывай меня, док, — глянул в глаза молоденькому усатому. — Я здоров, как овчарка на дежурстве.
