Матёрый опер из 90-х волшебно переносится в современность, оказавшись в теле молодого лейтенанта полиции. Коллеги не воспринимают его всерьёз, но он знает старую уличную школу работы. Теперь ему предстоит адаптироваться к новому времени и доказать, что жёсткие методы и опыт улицы актуальны...
Похоже, «Последний Герой. Том 1» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Подошёл к одному из столов с инструментами. Сверху — ключи, отвертки, насадки. Схватил железку, повертел в руке. Скользкая, в руку не ложится. Хреново.
Выдвинул осторожно ящик под стальной столешницей. Скрипит, зараза. И резко так, противно.
Внутри ящика — беспорядок, ключи гаечные, отвертки, стамески. Пошарил рукой, разгреб и нашел молоток. Ручка у него пластиковая, покрашен в синий — будто игрушечный. Взвесил — ну, не Макаров, но по черепу вломит будь здоров. Пойдёт.
Я пробирался среди рядов авто, когда услышал звук.
Щелчок, и что-то покатилось.
Глухой звук, с эхом, будто что-то твердое упало, стукнулось и покатилось по бетону. А потом — сдавленный женский крик, короткий, словно заткнули рот рукой. Перешёл в хрип, затем — глухая возня, мычание. По пустому боксу всё это разнеслось, словно в колоколе.
Я рванул туда, между машинами, петляя, стукаясь о капоты.
Выскочил в широкий проход и застыл на секунду.
Оксана!
А сзади — Рябинин. Обеими руками он взял её в захват и душил, жёстко — не на испуг, а как в смертельном поединке. Смертоносная «гильотина» — приём, которым ломают дыхание.
Камень, что дал я Оксане, валялся сбоку. Не послушалась она, полезла за мной. А теперь вот висит в его руках, как тряпичная кукла.
— Отпустил! Сука! — вырвалось у меня на ходу.
Я бросился вперёд. Сокращал расстояние длинными прыжками. Тридцать шагов. Двадцать. Десять…
Но опаздывал.
Оксана обмякла. Руки безвольные, лицо побелело, глаза закатились, губы синие.
Рябой выдохнул с каким-то звериным облегчением:
— Забирай её, мусор! — и резко отшвырнул тело в смотровую яму возле себя.
Яма старая, давно не используется — кругом современные подъёмники, а эта стоит, как память. Глубокая и черная.
Он даже не обернулся. Развернулся к рядом стоящему джипу, прыгнул за руль.
Я почти добежал, и в этот момент машина рванула.
Чёрный внедорожник с места прыгнул на меня. Я отшатнулся в сторону, упал, ударившись о бетон.
Автомобиль пронесся несколько метров, отбросил широкой мордой по сторонам пару легковушек и сходу взял ворота на таран. Удар, скрежет металла. Хлипкая конструкция не выдержала. Ворота отлетели, джип вынес их с мясом и выскочил на свободу.
Я вскочил на ноги. Болело плечо. Кинулся к яме. В три прыжка достиг кромки. Даже не подумал, что там может быть: бетон, битый кирпич, инструменты. Ухнул вниз, не задумываясь.
Но повезло. Под ногами — запасы ветоши, свернутые тюки технической тряпки.
Здесь давно складировали хозматериалы.
