В кромешной темноте улицы вы сжигаете тусклые фонари охранного поста, шагая словно неумолкающие звуки ночи. Ибрагим и Лысый молча ведут вас к заброшенным складам — место, где оружие сверкает на хмарь в ужасном блеске. Здесь начинается последний бой с тем, что подавило мир....
Похоже, «Последний Герой. Том 2» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Выпил пластиковый стакан, налил полторашку с собой.
Пока тянул квас, мысленно обдумывал ситуацию. Держать Альку у Грача долго не хотелось, всё-таки за неё теперь я в ответе, а у Руси свой, довольно специфичный уклад. Круг, как он выражается. Женский Круг.
Прикинул — нужна временная, но надёжная хата. Деньги на это пока были. Полистал в телефоне сайты по аренде — всё одно и то же. В Новознаменске, как и везде, нормальные варианты возможны были только через риэлторов. Комиссия — конская, а главное — всё у них на виду, общая база.
А мне нужна была тишина. Чтобы без следов.
Где бронепоезд не пройдёт… Решил подключить старые связи — те, которые из новых. Набрал одного недавнего знакомого, который вечно ошивается на рынке. У него нос, как у гончей. Дам задание, если кто сдает хату — узнает первым.
Гудки. Потом в трубке бодрое:
— Слушаю, товарищ начальник.
— Венька, привет. Как жизнь? Не посадили ещё?
— Тьфу на вас, Максим Сергеич, что за слова такие? Я в завязке, к участковому хожу исправно, отмечаюсь.
— На каком ты пути, — хмыкнул я. — Я помню, как ты в завязке был, когда у меня в подъезде с Кабаном караулил.
— Ну, всякое бывало… — пробормотал он. — От помутнений временных никто не застрахован.
— Слушай, временно мутнеющий, подскакивай на площадь, к бочке с квасом. Помнишь, у памятника Рабочему? Где мужик в каске с фонарём и гаечным ключом.
— Помню.
— Там и стою. Подъезжай. Дело есть.
На той стороне повисла короткая пауза. Видно, понял — дело непростое. Но возражать не стал, помнил, что видос на него у меня имеется, на котором он признается в нападении на сотрудника полиции.
— Сейчас буду. Минут десять. Я тут недалеко…
* * *Прибыл он и впрямь быстро, на своей вишневой «девятке», с бампером на скотче. Подкатил к бочке с квасом, вылез, повертел головой, наконец, заметил меня, подошел. Мы устроились на лавке под старым тополем.
— Дело такое, Вень, — начал я. — Надо хату. Без посредников. И без лишней болтовни. Чтоб никто не знал, кто там живёт. Если что — договор оформим на тебя. Будто ты сам снимаешь.
Венька кивнул. Глаза забегали.
— Конспиративная, значит. Квартирка…
— Не твоего ума дело."
"— Да понял я, понял… — отмахнулся он. — Я, между прочим, щас человек почти законопослушный. На работу устроился. В мясной отдел на рынке. Грузчиком.
— Молодец. Одно другому не мешает.
