В этом третнем томе Последнего Героя, действие переносится в тёмное и опасное место, где священник Дионисий стал невиновным обвиняемым в черных делах. Его неутомимый блогерский характер пытается противостоять искушению света и славы, в то время как темные силы стремятся использовать его опыт и знания для собственных злых целей....
Похоже, «Последний Герой. Том 3» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Всё-таки её призывы о помощи через электророзетку звучали как-то уж слишком убедительно.
За Иркиной дверью явно происходило что-то нехорошее — звуки были приглушенными и одновременно возбужденными, словно мужик домогался до Ирки, и не слишком мирным способом. Я сразу же попробовал открыть дверь, но та была предусмотрительно заперта изнутри.
Тогда я постучал костяшками пальцев: сначала негромко, хотя и настойчиво.
Реакции ноль. Затем резко и громко — три коротких удара и три увесистых хлопка ладонью. Бух-бух-бух, бам-бам-бам.
За дверью тут же наступила напряжённая тишина, будто я прервал что-то очень важное и секретное. Потом неуверенно и немного испуганно отозвалась Ирка:
— Кто там?
— Это я, почтальон Печкин! — бодро ответил я, стараясь, чтобы голос звучал непринуждённо и даже с оттенком добродушной насмешки. Важно создать впечатление, будто я просто решил зайти к соседке поболтать, а вовсе не собираюсь врываться к ней и спасать от какой-то угрозы.
Сам же я при этом приложил ухо к замочной скважине.
— Это ещё кто? — недовольно спросил мужской голос, хриплый и грубоватый.
— Откуда я знаю! — раздражённо бросила Ирка.
— Слышь, ты дверь не открывай! — грубо буркнул ей мужик. — Сиди тихо!
— Ай! Пусти, больно же! — снова вскрикнула она.
По звуку было понятно, что Ирка попыталась двинуться к двери, но мужик резко схватил её за руку, оттащил обратно.
— Открываем дверь, граждане! У нас жалоба на шум от соседей! Будем разбираться, открываем быстро!
На этот раз голос звучал сухо и резко, как положено для представителя власти, пришедшего навести порядок.
Мужик присмирел. Им ничего не оставалось, как открыть мне дверь.
Комната выглядела так, будто по ней прошёл маленький, но ураган. На столе перевёрнутая кружка, лужица чая, полиэтиленовый пакет, порванный, лежит на полу, какая-то детская игрушка валяется у порога. Сама Ирка отсупила в глубь комнаты, растерянная, заплаканная, спешно вытирая мокрое от слёз лицо.
— Макс? Это ты? — пробормотала она, явно не ожидая меня здесь увидеть.
