Матёрый опер из 90-х внезапно попадает в современность в теле молодого лейтенанта. В отделе полиции его никто не воспринимает всерьёз. Но он знает, как работать по старой школе — жёстко и с улицы. Теперь ему предстоит доказать, что его методы эффективнее, чем айфоны и бумажная работа.
Раздел Chitat.online для книги «Последний Герой. Том 4» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Матёрый опер из 90-х внезапно попадает в современность в теле молодого лейтенанта. В отделе полиции его никто не воспринимает всерьёз. Но он знает, как работать по старой школе — жёстко и с улицы. Теперь ему предстоит доказать, что его методы эффективнее, чем айфоны и бумажная работа.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Матёрый опер из 90-х внезапно попадает в современность в теле молодого лейтенанта. В отделе полиции его никто не воспринимает всерьёз. Но он знает, как работать по старой школе — жёстко и с улицы. Теперь ему предстоит доказать, что его методы эффективнее, чем айфоны и бумажная работа.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Последний Герой. Том 4» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
На тебя вся надежда. Занимайся только этим делом. И больше никаким. Понял?
Не успел я и рта раскрыть, как отреагировала Оксана, как обычно, «включив Кобру» — фирменный прищур и холод в голосе:
— Так точно, — отрапортовала она. — Максим Сергеевич только убийством и занимается.
Но в действительности я параллельно копал и суицид Кабана, и исчезновение Столярова. Инкассатор-ветеран будто сквозь землю провалился. Мы уже все поняли, что не найдется. А если и объявиться, то только в виде трупа.
После общей планерки мы с Оксаной ушли к ней. В кабинете запахло свежемолотой арабикой. У нас — свой утренний ритуал. Каждое утро мы пили кофе в ее кабинете и обсуждали рабочие планы.
— Потерпевшая Кухаркина, как ты и думал, без криминального прошлого, проверили родных и близких, все в шоке… ничего сказать не могут, — начала она, ставя передо мной кружку. — И, кстати, пришли результаты судебно-медицинской экспертизы. Скляр подтвердила — травматическое удаление головы прижизненно.
Я поглубже вдохнул горечь кофе. Такое ощущение, что Оксанин кофе одним запахом проникал сразу в мозг и там бодрил нейроны.
— То есть она ещё дышала, когда…
Оксана кивнула:
— И вот что странно — следы на груди жертвы напоминают когти.
— У человека нет когтей, — покачал я головой, потирая затылок.
Что же это за оборотень?
Она сунула мне копию заключения и ткнула пальцем:
— Вот тут глянь.
Я стал читать:
«На груди слева и справа в верхней трети имеются группы параллельных бороздок шириной до 4 мм; края раневого канала ровные, без выраженных дефектов ткани. Морфологически картина соответствует воздействию когтей зверя или ногтей человека. Учитывая показатели прочности кератиновых образований человека, ногти человека, вероятно, не способны сформировать данные повреждения; окончательная верификация происхождения травмы требует экспериментального моделирования на биотканях в ходе проведения дополнительных исследований. Наличие обильной геморрагической инфильтрации по краям раны подтверждает прижизненное нанесение повреждения.»
— Ни хрена не понял, — я озадаченно почесал макушку.
— Ну… В общем, я переговорила с этой медичкой, Анфисой Вадимовной, она пояснила по-русски — похоже на когти, но запросто могли быть и ногти человека. Только очень и очень крепкие.
— Значит, кто-то отрастил себе «маникюр» до размеров стамески, — хмыкнул я. — Или накладные?
— Чего?
— А что? Прилепили себе, крепкие.
— Квадроберы, думаешь? — спросила Оксана.
— Кто? — удивился я. — Ква… кто? Какие боберы?
— Ну, люди такие сейчас есть, они под животных косят, на четвереньках бегают. Могут гавкать даже. Ты что, не знал?
— Ха! От армии косят? — уточнил я. — Их можно забирать тогда в погранвойска, там собачки нужны.
— Нет, мировоззрение, видите ли, у них такое.
