Подполковник Зуев остановился возле реки, настороженно обозревая туман. Прохладный воздух давил, сквозь него проникали странные ветерки, будто призывали к какой-то тайне. Одинокой фигней выглядел он, но его тревога заставляла держать мотор навыключенным, словно боясь разбудить что-то пугающее и неизвестное....
Похоже, «Последний Герой. Том 4» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Ну и что, помогает рыботерапия? — усмехнулся я.
— Ага, ещё как! Гляжу я в аквариум этот, а там одна рыбка уже кверху брюхом плавает, а остальные её обгладывают. Вот такой у нас психолог. Антистресс, блин.
Мы одновременно рассмеялись, и Ирка вдруг снова оживилась:
— Слушай, так что, музыку-то мы сегодня включим или нет? Ты обещал."
"Я вздохнул и уже без отговорок направился к проигрывателю. Воткнул вилку в розетку, начал перебирать пластинки. И тут снова наткнулся на знакомую обложку. Поставлю свою пластинку.
Пока я задумчиво вертел в руках эту пластинку, Ирка с бокалом вина в руке уже стояла рядом и с любопытством разглядывала проигрыватель, поставив бокал на аппарат:
— А это что за кнопочка такая интересная? А вот этот переключатель за что отвечает?
— Осторожнее, Ир, бокал-то поставь куда-нибудь в другое место, — попытался я предупредить её, но было поздно.
Она неудачно повернулась, локтем задела бокал, и вино полилось прямо на раритетный аппарат. В ту же секунду что-то громко заискрило, зашипело, замигало, и в комнате явственно запахло палёной проводкой.
Ирка испуганно выпучила глаза и тут же прикрыла ладонью рот:
— Ой, Максим… Я не хотела, честно-честно…
— М-да-а, — протянул я задумчиво, оценивая ущерб и пытаясь не ругаться. — Теперь Шульгин точно будет не рад. Это ж его любимый, редкий проигрыватель.
Ирка тут же загорелась идеей исправить ситуацию:
— А давай мы ему новый купим? Ну, прямо сейчас на маркетплейсе закажем и всё!
— Ир, понимаешь, новая техника и раритет — это вещи абсолютно разные, их нельзя сравнивать.
— Ну да, конечно, новая круче, да? — с надеждой посмотрела на меня Ирка.
— Нет, наоборот, старинный и есть раритет, его ценность не в новизне, а как раз в возрасте и редкости, — вздохнул я. — Впрочем, что я тебе объясняю… Ладно, не парься, сам разберусь. Отремонтирую.
— Ты что, умеешь чинить такую технику? — удивилась она, широко раскрыв глаза.
— Конечно, нет. Что, я похож на мастера бытовой техники? — я усмехнулся и пожал плечами. — Отдам кому-нибудь, найду специалиста.
— Ой, у меня же знакомый есть один, часовщик! Золотые руки, между прочим, любую штуку починить может. Правда, сейчас бухает сильно.
На лице у нее снова нарисовались стресс и психосоматика.
— Часовщик? — я удивлённо приподнял бровь.
