Матёрый опер из 90-х внезапно попадает в современность в теле молодого лейтенанта. В отделе полиции его никто не воспринимает всерьёз. Но он знает, как работать по старой школе — жёстко и с улицы. Теперь ему предстоит доказать, что его методы эффективнее, чем айфоны и бумажная работа.
Раздел Chitat.online для книги «Последний Герой. Том 4» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Матёрый опер из 90-х внезапно попадает в современность в теле молодого лейтенанта. В отделе полиции его никто не воспринимает всерьёз. Но он знает, как работать по старой школе — жёстко и с улицы. Теперь ему предстоит доказать, что его методы эффективнее, чем айфоны и бумажная работа.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Матёрый опер из 90-х внезапно попадает в современность в теле молодого лейтенанта. В отделе полиции его никто не воспринимает всерьёз. Но он знает, как работать по старой школе — жёстко и с улицы. Теперь ему предстоит доказать, что его методы эффективнее, чем айфоны и бумажная работа.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Последний Герой. Том 4» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Я чуть нахмурился, задумавшись:
— Слушай, а он ведь левша…
— Ну и что? — переспросила Оксана.
— Просто Кабан тоже, как я выяснил, был левшой… и тоже здоровый мужик… — произнёс я, глядя на фотографии с нарастающим ощущением странной и пока неясной связи.
Кобра внимательно посмотрела на меня, чуть сузив глаза.
— Странное совпадение, конечно, — проговорила она.
— Слишком странное, чтобы быть случайным, — кивнул я.
Глава 7
— Думаешь, Макс, это серия? — Оксана внимательно посмотрела на меня, чуть наклонив голову.
— Пока рано об этом говорить, — пожал я плечами, задумчиво глядя на фотографии Столярова и Шустова, разложенные на столе. — Если и серия, то какая-то странная получается. Тем более, что по обоим эпизодам — по этому якобы суициду Шустова и по пропаже вояки Столярова — дела-то до сих пор не возбуждены…
В этот момент в дверь коротко постучали, и в кабинет несмело заглянул криминалист Корюшкин:
— Разрешите, Оксана Геннадьевна?
— Заходи, Ваня, — устало кивнула Кобра. — Что у тебя?
Ваня вошёл, опустив глаза, явно смущаясь при Коробовой после своей неудачной донжуанской попытки. Чувствовал он себя не в своей тарелке и старался не встречаться ни с кем взглядом, словно ожидая очередной шутки в свой адрес.
— Я по вчерашней краже пробил пальчики, — негромко начал он. — Есть совпадение по базе. Ранее судимый гражданин.
— Замечательно, Ваня, — сухо отреагировала Кобра, которой сейчас явно было не до обычной кражонки. — Делай официальную справку на моё имя, как положено.
— Конечно, сделаю, просто вы говорили, если что важное будет, сразу докладывать лично, — робко оправдывался криминалист.
— Всё правильно, молодец, что доложил, — чуть мягче ответила Оксана. — Озадачу своих.
Корюшкин аккуратно положил на стол небольшой листок с анкетными данными подозреваемого.
— Слушай, Иван, — сказал я. — А вот ты как эксперт скажи: левша чем отличается от обычного человека?
— Ну, как чем… — Корюшкин слегка оживился, чувствуя теперь себя в своей стихии. — У левшей ведущим является правое полушарие мозга. Это влияет на многое: пространственное восприятие, эмоции, творческие способности, интуицию. Левши часто более восприимчивы, эмоционально чувствительны, обладают повышенной способностью к адаптации в нестандартных ситуациях. Грубо говоря, левши и мыслят иначе, и воспринимают мир по-другому. Есть даже исследования, подтверждающие, что у левшей иногда выше устойчивость к стрессам и способность к творческому мышлению…
— Понятно, — перебил я его.
— А чего спросил-то?
— Да так, просто, — отмахнулся я, а потом вдруг снова посмотрел на Ваню. — Ты, кстати, тоже левша, да?
— Ну да, — гордо вскинул подбородок Корюшкин, словно сказал что-то чрезвычайно важное и значительное.
