Подполковник Зуев остановился возле реки, настороженно обозревая туман. Прохладный воздух давил, сквозь него проникали странные ветерки, будто призывали к какой-то тайне. Одинокой фигней выглядел он, но его тревога заставляла держать мотор навыключенным, словно боясь разбудить что-то пугающее и неизвестное....
Похоже, «Последний Герой. Том 4» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Здесь, в более комфортных условиях, можно было спокойно обработать результаты исследований и подумать над дальнейшими действиями.
Он устало опустился на диванчик, включил ноутбук и уже собрался было погрузиться в работу, когда внезапно по зданию прокатился гулкий звонок наружной двери. «Та-дам-та-дам», — настойчиво прозвучало где-то в глубине здания, прокатившись эхом по пустому коридору.
Профессор недовольно вздрогнул, посмотрел на часы. Стрелки уже перешли за полночь. Кого это ещё принесло сюда в такое время? Приём давно закончен, это явно не пациент.
Ландер хотел было проигнорировать звонок, но потом подумал: вдруг это люди Инженера? Может, те самые подручные, которые должны были привезти ему очередного подопытного? Но ведь сообщили уже, что у них там что-то не сложилось. Да и новости местные тревожные были — стрельба какая-то в городе, беспорядок. Ландер в тот момент быстро сложил два и два — наследили явно, бестолочи…
Профессор осторожно поднялся с диванчика и приблизился к окну.
— Не может быть, — пробормотал он тихо.
Карл Рудольфович быстро направился к входной двери, поспешно щёлкнул замком и распахнул её настежь. Его сердце внезапно сильно забилось от волнения и радости.
— Ты вернулся, мой мальчик… — с восторгом прошептал профессор.
На крыльце, растворяясь в ночной темноте, стоял высокий человек в длинном плаще с поднятым воротником и шляпой, глубоко надвинутой на лоб. Он смотрел на профессора сверху вниз холодным пронизывающим взглядом единственного глаза…
Глава 10
За несколько часов до описанных событий, психиатрическая больница специализированного типа с интенсивным наблюдением.
Холодный и безликий коридор с высоким потолком, стерильно-белые стены, покрыте моющейся казённой краской, потускнели от времени и чистящих растворов.
Дирижёр был размещён в отдельной палате, рассчитанной в обычных обстоятельствах на четверых.
