— Вместо Максима Сергеевича ты, Оксана, явно подустал: вахти отпускного не за горами. Я подписываю рапорт на отдых, но еще нужно уволиться и передать рапорт начальнику. — Слушай, братан, работа такая, что дышишь валинкой. Завтра твой день отпуска, кабы не хрен сдурел или в пиво не попал, а я вахти уже нет....
Похоже, «Последний Герой. Том 6» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Ясно же: скорее всего, враги. Но у меня есть прекрасная новость.
Последние слова я проговорил уже громче, на весь лагерь.
— Что за новость? — оживилась Евгения.
— Друзья, подъём! Подъём! — я захлопал в ладоши, обращаясь уже ко всем. — Цыгель-цыгель, ай-лю-лю! — подбадривал я их, улыбаясь, подкидывая шутки. Советские комедии в этом ещё никогда не подводили.
Наконец, убедившись, что все проснулись и внимают, я объявил:
— Я нашёл нам убежище.
— Ура! — всплеснул руками мажорчик. — Наконец-то пожрём и поспим!
— И не только… А может быть, — сказал я, — и на завтра там останемся.
— Как это⁈ — недоуменно уставился на меня Костя.
— Штука в том, что это отличная пещера Там есть вода, крепкие стены. Место незаметное. Мы можем просто переждать там, а потом спустимся в долину, пойдём вдоль реки и выйдем к поселению, когда всё немного поутихнет, когда нас перестанут искать. Я не знаю, сколько придётся проторчать тут, но это один из вариантов. А вы сами видите — гора всё круче, дальше может и не попасться хорошего укрытия.
— А Максим дело говорит, — хмыкнул Ефим, поднимаясь и позевывая после дрёмы. — Ох… такой сон приснился, такой сон… Нюрка с моего посёлка, она…
— Тише, тише, дед, — скривился мажорчик. — Не хочу даже слушать! Фу, фу-фу! Не надо про стариков…"
"— Эй ты, извращённая душонка! — вспыхнул Ефим. — Ты чего подумал-то? Нюрка — доярка. Она меня парным молоком поила.
Мы рассмеялись, Костя опять скуксился, поняв, что попал впросак, но помалкивал. Группа собралась и двинулась туда, где я нашёл пещеру.
Всё это время зэк, наш новый попутчик, шагал молча. Оглядывался, вертел башкой, будто запоминал дорогу. Или что-то искал. Я заметил, как он будто бы случайно сломал веточку на кустике. Проходя следом, я поднял эту ветку и закинул подальше — мало ли, может, он так метки оставляет? Подошёл ближе, ткнул его в спину — чувствительно ткнул, чтоб понял — и спросил:
— Зачем ты кустик сломал? Веточку…
Он удивился, остановился, почесал затылок:
— Какую ветку?
Я не стал поднимать шум, будоражить людей не хотелось.
— Там, когда мы шли, возле валуна, видишь кустик? — я кивнул головой. — Там ты надломил ветку. Ты что, следы оставляешь? Метки?
— Да нет, ты что, Макс! — замахал руками Сергеич. — Я, это… когда нервничаю, пальцы сами что попало делают. В натуре говорю, без задней мысли.
